Эффект Фёдора

 – Неужто папенька вернул тебе все привилегии?

– Мои привилегии касаются только меня, – сказал Тёма, скалясь в предвкушающей улыбке. Всё ж у него с самого разговора с Алесом руки чесались разбить лицо Горышева, а тут даже и предлог стоящий попался. – А теперь, будь добр, отпусти это прелестное создание. А то мне совсем не хочется быть свидетелем изнасилования.

– Арт, не глупи, – парировал тот, кого ещё несколько дней назад Тёма считал другом. – Леди со мной добровольно, а это всё не больше чем игра.

– Пусти меня! – выкрикнула девушка и, воспользовавшись тем, что её обидчик отвлёкся, снова попыталась вырваться.

Но Олег продолжал с силой сжимать её руки. Тогда она решила попытаться воззвать к помощи его оппонента. – Помогите, пожалуйста… Я, правда, не такая. Мне нужно домой.

Тёма смотрел на извивающуюся в крепкой хватке девушку и упорно пытался вспомнить, откуда он знает этот голос. Всё ж он не зря обладал почти абсолютным музыкальным слухом. А этот надрывный вопль напуганной девушки, которая упорно старается выглядеть сильной, он явно уже где-то слышал.

И тут она изловчилась и с силой наступила тонким каблуком на ногу Олегу. Тот как-то сдавлено выругался, лишь на миг ослабив хватку. Брюнетка тут же поспешила высвободить руки и даже умудрилась сделать один шаг прочь, когда её снова поймали. Но теперь она стояла лицом к Арту, в чьих глазах читалось жуткое удивление.

– Алина?! – выдал он, ошарашено разглядывая девушку.

И тут было чему удивляться, ведь в этой длинноногой красавице сложно было узнать ту мышь, с которой он столкнулся в кабинете брата, или ту замороченную на карьере девчонку, что была его непосредственным начальником, и которую ему так нравилось выводить из себя.

Но Артём не просто так считался талантливым художником и отлично помнил какими яркими бывают эти глаза, когда ими владеют сильные эмоции.

– Прости, но какого… ты здесь забыла?

– Артём, – разочаровано протянула она, уже понимая, что этот тип явно будет последним человеком, от которого следует ждать помощи.

А если ещё припомнить, чем закончилась их предыдущая встреча, то становилось совсем печально.

Она перестала вырываться, решив, что от двоих ей всё равно сбежать не удастся. Всё ж она не верила, что здесь, в этом клубе, ей грозит реальное изнасилование. Не хотела верить.

– Так, Горышев, а теперь быстро убрал свои лапы и отступил на два шага назад, – сказал Тёма, в котором желание начистить этому типу лицо странным образом усилилось в разы.