Эффект Фёдора

А, учитывая последние события – единственного человека, которого ещё можно было считать другом.

– Ты удивишься, но не о чём, – отозвался Артём, всё же подкуривая сигарету.

Мужчина хмыкнул и, присев напротив, внимательнее посмотрел на своего собеседника.

– Слышал у тебя проблемы, – начал Алес.

– И откуда такая информация? – усмехнулся Тёма, а в глазах снова промелькнула озлобленная грусть.

– Ну… тебя долго не было. Теперь же ты сидишь здесь один, вместо того, чтобы как обычно находиться в центре внимания.

Выглядишь так, будто лишился самого ценного в жизни и теперь пытаешься понять, в чём же так ошибся.

Тёма иронично хмыкнул, глядя, как на холёном лице напротив разгорается издевательская улыбка, а в карих глазах просыпаются смешинки.

– Издеваешься, гад? – выдал, наконец, Артём. – Да я никогда не поверю, что Виталик тебе ничего не сказал!

– Просто, на вопрос, где потерялся самый любимый клиент моего клуба, он пожал плечами и сообщил, что ты допрыгался. А Горышев хвастает всем, что ты просил у него деньги, – улыбка Алеса вмиг стала холодной.

 – Ты, Арт, сейчас сплетня номер один. Эти гиены, коих ты считал друзьями, уже вычеркнули тебя из числа «своих». Без папиных денег ты им не нужен.

Тёма мгновенно поднялся с места, порываясь немедленно пойти и «начистить морду» этой сволочи – Горышеву. Но перед выходом резко остановился, с силой впечатав кулак в стену. А ведь он реально считал Олега близким другом. Хотя, по сути, тот всегда был лишь тенью за спиной сияющего в общей любви Артёма.

Этаким серым кардиналом в его многочисленной свите… А ведь Горышев был единственным, кому Арт сказал про то, что все его карты заблокированы, хоть и не уточнял причин… Видимо, их этот паразит додумал сам, и тут же поспешил озвучить всем знакомым.

Но как же всё-таки паршиво разочаровываться в близких людях!

– А я даже рад, что всё произошло именно так, – услышал он голос Алеса за спиной и, обернувшись, медленно направился обратно. – Ты, дорогой мой, совершенно не умеешь разбираться в людях.

Чем они и пользуются.

Артём снова посмотрел на Ахиллеса и, с хмурым видом отсалютовав ему бокалом, осушил тот до дна. Так уж сложилось, что безгранично доверять он мог только двоим: брату и этому полугреку. Алес был ровесником Виталика и, по совместительству, его лучшим другом с самой школы. И, так как являлся единственным ребёнком в семье, быстро приписал обоих Жарковых (и старшего, и младшего) в число своих любимых родственников.