Возможна ли Жизнь на Земле. Часть 2

И пока звучал восстановительный процесс, Елена внимательно проверяла все сосуды органа, удаляя из них большие и малые сгустки потемневшей неподвижной крови. Каждый удаленный сгусток звучал падением железного шарика на металлическую поверхность. Чужеродный неживой звук…. То очень громкий, то более тихий. Затем раздалось гудение разной тональности – это начала удаляться кровь из внешней области сердца и полости плевры. Елена внимательно вслушивалась в эту какофонию звуков.

Через некоторое время сердце уже было готово к работе.

Несколько дорогостоящих минут ушло на восстановление состава крови до нормального и удаления из общего кровяного русла избытка углекислого газа. И вот команда! Кровь тихой мелодией двинулась по сосудам, мягко толкнулась в сердце. Несколько напряженных мгновений оно молчало, собирая мелкие ручейки, очищенной от примесей, крови в большую, однородную по составу реку. Когда были заполнены эти животворящие пути, Сердце неспешно совершило свой первый удар, словно пробуя его на вкус. А затем и второй, более уверенный и громкий…. У Елены пересохло во рту. Она со стоном прислонилась к медицинской стойке, не в силах молча справиться со страшным напряжением, которое сейчас испытывала. Она вслушивалась во внутреннюю симфонию, выдаваемую организмом. И слышала нестройные звуки, пусть и целостных органов…. Не хватало мощного дирижера, и неудивительно – легкие до сих пор молчали! Ситуация становилась критической! Елена медленно и точно, чтобы не нарушить того, чего уже смогла добиться, вставила энергетический мост в устье легочной артерии. Теперь вся работа легких зависела от него. Ее напряженный слух различил еле слышные скрипящие и гудящие звуки наполнения легких долгожданным кислородом; секунды ожидания растянулись на века, эмоциональная нагрузка возрастала. И поэтому, когда произошел первый долгожданный вздох, на глазах реаниматора заблестели неожиданные ею самой слезы. Несколько вздохов прояснили общую картину. Состояние организма было пограничным – здесь, на Земле, его называли комой. Елена внимательно всматривалась в лицо лежащего перед ней Богдана. Землистый цвет лица исчез, как и синюшные губы. Все казалось нормальным, и симфония отлаженной работы органов уверенно звучала в организме. Но слух невольно резало слишком правильное и скучное построение звуков. В них не было этих прекрасных взлетов и падений тональностей, этих великолепных аккордов, эмоционально утверждающих каждую предыдущую ноту, каждый будущий звук….