Глаза цвета жизни. Война

Говорят, что после выпуска вашей группы щитовиков, он возглавит отряд демонов-разведчиков. Но думаю, тебе это должно быть лучше известно.

– Я… – начала и замолчала, не зная, что сказать. Да, я была занята по горло последние дни, но почему я не расспросила Дамиана о его разговоре с отцом. О чем они договорились тем вечером? Да, я не слышала, что они ругались, но возможно они просто подвесили полог тишины. Появилось дикое желание найти Дамиана и вытрясти из него полноценный рассказ. – Я ничего не знала, – призналась все-таки я.

 – Спасибо за информацию. И береги себя, – я быстро обняла его и хотела прощаться. Кьюн же удержал меня и вручил серебряную брошку – кленовый листок.

– Это разговорник, я старый потерял в битве в Варноке. – я улыбнулась, и Кьюн прошептал. – Не перенапрягайся сильно. Магическое истощение ещё никому не шло на пользу.

Я кивнула и поспешила на выход. Надо найти Дамиана и расспросить обо всем. Я уже открыла дверь во двор, когда раздался звук сирены. И мгновения спустя в холле целительского крыла открылся портал.

Новое поступление раненых. Со вздохом разочарования закрыла дверь и вернулась в холл, чтобы помогать принимать пациентов.

Освободилась я уже глубокой ночью и естественно ни о каком разговоре с Дамианом уже не думала. Только бы до подушки доползти. А утром я долго пыталась разговорить обиженную на меня Весту. С трудом, но у меня получилось. Как оказалось, в своих догадках я оказалась права на двести процентов. И Лест, видя, что его увещевания не действуют, грозился поговорить с её родителями.

Она упросила его молчать, заверив, что будет заниматься только артефактами.

– А ты точно будешь заниматься только ими? – уточнила я, оглядывая её скептическим взглядом. Эльфийка вспыхнула и активно закивала головой.

–Теперь, да, – сказала она. Но подозрения меня не покидали и все оставшиеся дни до окончания нашей подготовки, я подозрительно на неё поглядывала. А дела на фронте были хуже некуда: наши отступали. Медленно, но верно, вгрызаясь в каждую пядь земли.

Но отступали. И это пугало, хотя я и понимала, что нечего ждать легкой победы.

К концу отпущенного на подготовку месяца, я поняла, что и Дамиан не торопится переводить наши отношения в горизонтальную плоскость. Или, может, тоже занят почти круглые сутки? Так или иначе, перед отправкой на фронт нам, щитовикам, дали выходной день, чтобы проститься с родней. И я хотела провести этот день с Дамианом, но он как сквозь землю провалился.