Стилист из другого мира

Да и в столиценемного ориентировалась. Воспоминания Анни о городе ограничивались центральными улицами, но это уже было весомо. Так что прогулка углубила знания этого мира.

Напоследок заглянули в бакалейную лавку за свежим хлебом. Запах стоял там умопомрачительный. И чтобы не купить какую-нибудь особо аппетитную булочку, я сосредоточилась на стеклянных банках с пометкой новинка. На этикетке было знакомое с детства название «Сгущёнка». Поэтому несколько удивленно оглядывала её, даже в руках повертела, чтобы проверить консистенцию.

И тут же озадачилась вопросом: а когда её в нашем мире изобрели? Ушлая продавщица начала в красках расписывать эту сласть, отчего я нервно сглотнула слюну. Чертёнок с левого плеча тут же напомнил: утром можно пару ложечек съесть!

– Давайте одну баночку, – сдалась я наконец.

– А вот посмотрите, что у нас ещё есть, – тут же продолжила окучивать меня хорошенькая девчушка. – Желе разных видов. Это такой фруктовый десерт…

– Госпожа знает, – перебила её Карла. – Мы уже пробовали на прошлой неделе клубничное желе.

– А сегодня возьмём вишнёвое, – вставила я своё слово. Этот десерт я действительно могла съесть без опасений последствий.

Новинки обошлись нам в кругленькую сумму. За четыре баночки отдали пятнадцать серебряников, и то я скидку как постоянным покупателям выторговала. Эта цена выбивалась из моих подсчётов, я думала, что серебряник примерно равен ста – ста тридцати рублям. Хотя, возможно, это из-за новизны товара цена выше средней.

За размышлениями не заметила, как мы дошли до дома.

Сгрузив все продукты на кухне, я обговорила с Карлой обед. И поспешила в гостиницу. Руки уже зудели от желания что-нибудь сотворить.

Франц встретил меня доброжелательно. Оглядев столовую, я зашла за конторку и дёрнула бархатную портьеру. Пыль тут же взметнулась в воздух, и я расчихалась. Непорядок! Горничным первый минус в карму. Раскрыв портьеры, тут же убедилась в том, что окна с подоконником также грязные. Полки шкафа были полупустыми, на некоторых стояли старые книги, на других – статуэтки и даже канделябры.

В закрытой части скрывался сейф, а рядом лежали старые записи журнала посещений.

– Франц, у нас кто-нибудь сейчас гостит? – уточнила я у портье.

– Никак нет, госпожа Дюран, – отчитался он, забирая из сейфа связку ключей. Плохо. – Пойдёмте, я всё вам покажу.

Первый же номер встретил меня запустением и пылью. Я разочарованно выдохнула. И, раздвинув шторы, с печалью осмотрела улицу сквозь мутное стекло.