Разоблачить вампира

Но для того, чтобы вернуть её, ему придется самому взять серебро в руки, и я не думаю, что ощущение будет приятным. Ведь не могли слухи о серебре и его воздействии на вампиров возникнуть на пустом месте.

Оставшиеся полтора часа пролетели незаметно, и вот я вновь торчу у Люды на выходе из офиса. В сумке лежит цифровой фотоаппарат, и я думаю, как бы подкатить к Люде, чтобы она не выдала меня. Ведь сфотографировать вампира незаметно проще всего из-за её стойки. И, к сожалению, сделать это незримо для Люды невозможно.

– Давай, ты сделаешь вид, что ничего не видишь? А я потом тебе все расскажу… – в конце концов, выдаю я.

Ничего не понимая, Люда просто кивнула, и я быстренько спряталась за её стойку, доставая фотоаппарат. Ждать пришлось недолго, чему я несказанно обрадовалась. А то сидеть на корточках, аккуратно выглядывая одним глазом в коридор, немного неудобно. Увидев жертву, я сделала быстро пару снимков и тут же полностью скрылась за стойкой, прислонившись спиной к боковине стола.

– Людмила, – раздается сверху его баритон. – Вы, случайно, не видели, ушла уже Вероника или нет? – Не смотря на нее, показываю крепко сжатый кулак. Вот не знаю, то ли я его слишком высунула, то ли Люда невольно посмотрела на меня, но спустя пару секунд вампир заглянул за стойку и буквально вылупился, заметив меня. Я только и смогла, что улыбнуться на все тридцать два.

– Сережку ищу… – выпаливаю я первое, что пришло на ум.

– А фотоаппарат тебе зачем? – после паузы спрашивает он. Все же заметил, как я бережно прижимаю его к груди.

– Так… это…– протягиваю я медленно. – Мы с Людой сфотографироваться хотели, когда я заметила пропажу серьги… – Классно я отмазалась? Ведь правда? Тогда почему Максим смотрит так подозрительно?! Все ещё хмурясь, он достает из кармана мою сережку.

– Вот эту серьгу ты потеряла?

– Да, – «обрадовано» киваю я, поднимаясь с пола. Почему в кавычках? Так он же спокойно держит в руках серебро, но в этой ситуации от меня должна исходить именно радость (порычу и попинаю стойку, когда он уйдет). – Спасибо вам большое, Максим! – Забираю сережку, невольно подмечая, что руки у него стали холоднее, чем были утром. Даже не знаю, радоваться или просто почесать в затылке.