Плата за жизнь

Просто в желудке от пустоты уже противно сосало, скоро без топлива он уже вслух будет возмущаться.

Секретарь недовольно посмотрела на меня, а после на Алексея. Тот медленно кивнул, давая разрешение. С трудом подавила желание закатить глаза, уже всерьез подумывая завалить собеседование. Но один взгляд на шефа и эти мысли пропали. Я не могу его подвести. С рекомендациями от Ковалевского можно будет не думать о поиске новых клиентов, они сами будут идти к нам.

– Итак, приступим. – начал Ковалевский, окидывая меня оценивающим взглядом.

И начал собеседование на английском языке. Причем после парочки общих вопросов, он перешел на экономические темы, проверяя мои знания в деловом английском. Вопросы не составляли сложности, но подразумевали обширные знания о текущей экономической ситуации в стране и в мире в целом. Так что в некоторых областях я плавала. И по лицу Ковалевского нельзя было догадаться, какое впечатление я произвожу.

– Хорошо, – сказал он после серии вопросов. – Вижу, что экономикой вы особо не интересуетесь, но хотя бы понимаете, о чем я спрашиваю.

Но прежде чем юрист что-то произнес, мой желудок решил напомнить о себе. Не громко, но услышали все. Ковалевский нахмурился, только сейчас обратив внимания, что моя просьба так и не была исполнена. И потянулся к телефону, набрал пару цифр и включил громкую связь.

– Лариса, где кофе для Юлии?

– Прошу прощение, сейчас принесу.

– Ждем, – весомо закончил он и положил трубку. – Владимир.

Тот поморщился, посмотрев на шефа.

– Э… – протянула я, растерянно.– Grazie mille.

Алексей выразительно кашлянул.

– Шеф, что ты хочешь от меня? Я же говорил, что знаю итальянский поверхностно. И обычно этой тирады хватало на очарование любой женщины от пяти до девяносто лет.

– А большего тебе и не надо? – иронично заметил Алексей. А я с трудом подавила улыбку. – Игорь?

Мужчина вдохнул и выпалил тираду на китайском языке на одном дыхании, причем я даже поняла, что он хотел сказать.

– Добрый день. Как добрались? Дорога была не слишком утомительной?

Но из всего этого правильно он произнес только приветствие. А дальше была абсолютная белиберда. Я прикусила губу, сдерживая смех. И все равно он прорвался.