Будь моей

Лучи заходящего солнца высвечивали её фигуру. Она боялась. Она совершенно не знала, как себя вести. Может, все-таки рассказать ему правду? Вдруг поможет? – с сомнением подумала она. Дима громко закрыл дверь, желая привлечь её внимание. Девушка вздрогнула и обернулась.

Мужчина вновь задумался, чем же она его так привлекла. Развязав галстук, он снял его вместе с пиджаком, подходя к кровати.

– Как тебя зовут? – Нарушил он молчание. Лина некстати вспомнила известный фильм и ответила в духе героини.

– А как ты хочешь, чтобы меня звали? – Дмитрий поморщился, тоже вспомнив тот фильм.

– Дима, – представился он. Лина нахмурилась. Она не хотела называть своего: Елина слишком необычное имя, его легко запомнить. Вздохнув, она поступила как обычно, если новый знакомый ей не нравился.

– Лена, – назвала она имя, которое хотели дать ей родители и, если бы не ошибка регистратора в Загсе, оно бы ей и принадлежало.

Дима слегка ухмыльнулся, победив в этой маленькой битве. Присев на постель, он вопросительно посмотрел на девушку, не понимая, почему она медлит. Он не видел выражения её лица, лучи заходящего солнца высвечивали её силуэт, лицо же терялось в тени. Лина знала это, поэтому и не отходила от окна. Она пыталась справиться со своим страхом и замешательством. Лина, конечно, собиралась сегодня потерять девственность, но не таким образом и не с этим незнакомцем, вынужденная играть роль проститутки.

– Лена, – нетерпеливо позвал её Дмитрий. – Чего ты ждешь? Раздевайся! – Лина начала расстегивать кофточку, медленно подходя к нему. Остановившись возле него, Елина неуверенно спросила.

– Может, ты захочешь сам раздеть меня?– Дима удивленно посмотрел на неё. Обычно его партнерши беспрекословно выполняли любое его желание, а эта… Он заметил замешательство на её лице и спросил.

– Что тебя так удивляет? – Она вопросительно посмотрела на него, и Дима пояснил. – У тебя на лице написано замешательство. – Мужчина протянул руки и легко скинул с неё кофточку. Сквозь тонкую кружевную ткань лифчика просвечивали соски, и он дотронулся до одного из них, под его ласками он напрягся.

Лина попыталась сосредоточиться на его вопросе, заставляя себя не думать о его ласках и реакции своего тела.