В одном сказочном лесу

– Ты, Ванюша, конечно же, ласковый,

Только мне мала гардеробная,

А обноски носить не царское

Это дело…  – Жена, расторопнее!…

Ваня собран, в рубахе наглаженной,

(Пусть уже ей не первый год),

Весь надушенный, напомаженный…,

А сам думает: я ж не урод,

Так на кой меня жаба мучает?

Вот себе купить что-то всё некогда,

Василисе же шмотки по случаю,

А она всё одно – баба вредная.

Надеть нечего ей, – платьев тысяча,

Шуб немерено, мантий тьма!

Как скривИтся, да как набычится,

А скандалит – сведёт с ума!

Надоело Ивану париться,

Вопли слушать и причитания.

– Не одета, один отправляюся,

Оставайся… и до свидания.

Подошёл, да схватил в охапку,

В чём была – так и вынес из терема.

Лишь мелькнули лягушачьи лапки, —

На болото сослал с истерикой.

Сказка Времени

Барханы, Времени ладонь пересыпает,

И как волна струится золотая дюна

Он след в песках, в ухабах затеряет –

Луна висит и смотрит вниз угрюмо.

Шатёр из полумесяцев сияет

И полог так маняще приоткрыт,

Там девушка к себе зовёт, встречает,

Курится благовоние, вода в котле кипит.

Он входит к ней, слегка ссутулив плечи –

Здесь будет обогрет, обласкан, сыт,

Она все раны в миг его залечит,

В её объятьях до утра он спит.

А стоит только солнцу появиться,

Он скажет: «жизнь – не детская игра»

И в путь опять, успев лишь помолиться

– Всё, милая, прости, а мне уже пора…

И снова – жар, оазисы, барханы,

Пустыни, реки, океаны, города…

Она твердит – ты обойдёшь все страны,

Но снова воротишься, в ночь, сюда.

Не мало лет, как странник где-то бродит,

Но вот те дюны, красная луна –

Шатёр, в нём женщина тихонько песнь заводит,

Явился путник – на, испей вина.

И вновь он рядом, она ласки не жалеет –

Усталость снимет с рук его и ног,

А утром, солнце лишь запламенеет,

И он опять выходит за порог…

Года уходят, как песок сквозь пальцы,

Не мудрецы по звёздам нагадают –

Кто как проводят жизнь свою скитальцы,

А каждый сам путь личный избирает…

Луна, бледнея, низко нависает,

Шатёр потрёпанный, котёл, старуха, –

Старик на свет шатра устало ковыляет,

И посох по песку шуршит, истерзано и глухо.

Старик дошёл, глаза потухшие поднял,

– Ты та, но почему ты так стара?..

– Явился? Милый, где ж ты пропадал?

А помнишь: «жизнь – не детская игра…».