Секс, любовь, шизофрения?

– Вот сколько мне дней рождений пережить нужно за год?– сам себе с улыбкой задал вопрос он,-вроде бы все закончились.

И он начал перечислять эти даты своих близких родственников, начиная с марта, когда родился сам. Вспомнил всех, потом, встрепенувшись, сказал:

– О, Валентину забыл,-сказал, как пулю выпустил .

–Ты еще и Катерину забыл,– с горечью сказала я и, встав с кресла, ушла в спальню.

–Катюша, да с тебя все начинается,– пытаясь сгладить свой промах, прокричал он вслед.

Но стало ясней ясного, что меня в его жизни нет.

Я пыталась читать, буквы не хотели складываться в слова, пробовала вязать, рисунок сбивался ряд за рядом. Заболел зуб. Он ныл и ныл, как надоедливый соседский ребенок и не было никакого сладу.

Рано утром попросила:

– Отвези меня к стоматологу.

– Может дотерпишь до понедельника и пойдешь к своему врачу?

– Не собираюсь мучиться еще двое суток, -буркнула я,чувствуя себя несчастной до глубины души.

Мы сели в машину и поехали туда, откуда я могла уже никогда не вернуться.

– Ты там надолго? – спросил он.

– Наверно час, – ответила я, понимая, что вопрос задан просто для проформы.

Несмотря на субботний день, клиника неподалеку от моего дома работала. Принимала доктор женщина лет 35. Она переспросила:

– А может вы до понедельника дотерпите и пойдете к своему врачу?

Я удивилась странности вопроса и ответила:

– Но вы ведь тоже врач, я доверяю вам.

Болело где-то под коронкой в районе зуба мудрости.

Спустя пятнадцать минут, выяснилось, что заморозка не действует совершенно и доктор ввела дополнительную дозу обезболивающего средства. Десна мгновенно превратилась в глыбу бесчувственного льда. Доктор сломала уже пять буров, а коронка все не поддавалась. Хорошо была сделана, на совесть. Доктор нервничала.

Внезапно у меня резко потемнело в глазах, потек ручьями пот и жестокая судорога свела грудь. Махнув рукой, чтобы доктор прекратила пилить, я села и, налив в стаканчик воды, пробовала пить. Вода выплескивалась, руки тряслись, грудь разрывал страшный кашель.

–Зачем вы встали? Вот вам и стало плохо, – принялась отчитывать меня врач.

–Так я и встала, потому что у меня потемнело в глазах, возник какой-то сильный страх, я чувствовала, что просто умру.