Лунная дорожка. Мистика

Свет, я завтра часа в три к тебе приду, помогу подготовиться к вечеринке, – зевая, произнесла Марина.

– Хорошо, подружка. А сейчас – спать. Пока, пока! – махая рукой, Света отправилась к дому.

Глава 2

– Света, где у тебя ножницы лежат? – спросила Марина у подруги, – пакет со сметаной надо открыть.

– Посмотри на полочке возле микроволновки, – не отрываясь от нарезки помидоров для салата, ответила Светлана.

– На полочке, на полочке, – пропела Марина, – вижу салфетки, лупу, ножниц не вижу. А вот они! Свет, а зачем тебе лупа?

– Ты знаешь, иногда не могу прочитать, что написано на упаковках мелким шрифтом.

– Так очки купи, – посоветовала Марина.

– Да надо. Но что-то никак не доберусь, – махнула рукой Светлана.

– А я еще пока читаю мелкий шрифт, но иногда тоже плоховато вижу. Наверное, меня близорукость спасла от ранней дальнозоркости, – рассмеялась Марина.

– Мариночка, в комнате на комоде скатерть лежит. Застели, пожалуйста, её на стол, а я тарелки принесу.

– Угу, – ответила Марина, с аппетитом уплетая огурец.

Марина взяла скатерть, повернулась к столу и увидела на стене картину. Прижала скатерть к груди, подошла к картине и застыла. Это была последняя работа Петра Евгеньевича. Она не видела её почти три года, но картина опять поразила также, как в первый раз. Марина с упоением смотрела на корабль, рассекающий волны, брызги которых блестели на бортах судна, стёклах иллюминаторов. Казалось, корабль не плыл, а парил по волнам.

Марина позавидовала пассажирам корабля, несущего их по волнам, в неведомые края, придвинулась ещё ближе к картине, пытаясь заглянуть в один из иллюминаторов и вдруг присмотревшись, увидела в двух из них лица.

«Ну, Петр Евгеньевич! Вот мастер! Я растяпа такая, в первый раз не заметила их. Петру Евгеньевичу было бы приятно», – подумала Марина, потом крикнула:

– Светик, а картина здесь висела, когда ты сюда приехала?

– Какая? С кораблём?

– Ну да!

Света вышла из кухни, прислонилась к дверному косяку, наклонила голову к плечу, посмотрела на картину:

– Нравится? Мне тоже. Здесь она висела. Я не перевешивала. Люблю сидеть на диванчике и любоваться на неё.