Байкал. Книга 6

Давно меня дожидается в Кемете, небось, уж и надежду потеряла.

– Не знаю насчёт надежды, но родила уже – это точно, – усмехнулся Эрик. – Ты, Мировасор Арит добру-то теперь научи, коли ты такой хороший у нас теперь. И новые законы тож. А вообще держи при себе, не отпускай, от неё большие беды могут быть, ежли без мудрого догляда.

Мировасор кивнул соглашаясь:

– При добром муже и змея добра. Доставишь нас, Вералга? В Кеми, а после на дальний западный континент.

Вералга вздохнула, кивая.

– Что ж делать с вами…

– А нам, Арий, позволишь тож уйти? – спросил Дамэ.

– Мы тут вам с Аяей вовсе лишние будем, – добавила Рыба.

– Куда же вы?

– А в Рим. Хочу узреть великий город, куда ведут все дороги их Ойкумены.

– Я буду скучать, – сказала Аяя, обнимая вначале Рыбу, потом Дамэ.

– А по мне не будешь? – спросил Эрик и я вздрогнул.

Он подошёл к ней и положил руки ей на плечи, погладил легко, едва касаясь. От меня не ускользало ничто, что происходило вокруг Аяи.

– Ты весточки почаще присылай, Яй, как вы тут?.

Они обнялись вполне невинно, хотя Эрик и сжал ей большими руками, прижимая к себе, но не стал удерживать дольше мига, и поцеловал только в волосы на макушке, казавшиеся огневатыми в отблесках костра.

– А я скучать не буду, – сказал Орсег, подходя. – Буду навещать. Уж не обессудь, Арий, можешь злобиться на то, но каждому охота Богиню Красоты-от видеть и сердце своё бессмертное оживлять.

– Не части, – только и сказал я, глядя, как он прижался черноволосой большой головой к её головке, склонившись, и поцеловал её легонько в щёку.

– Ну уж, не командуй, никто теперь не повелитель! – усмехнулся Орсег, и в несколько прыжков добежал до края площадки и бросился в ручей.

За ним, и Басыр взяла Эрика за руку, со словами прощания. У моего брата был при этом такой вид, словно его повели в тюрьму. Но я успел только за миг до того, как они с хлопком пропали заметить это.

– Не думаю, что этот союз продлится сколь-нибудь долго, – со вздохом сказала Вералга. – Напрасно Басыр поступила так с ним…

– Любовь толкает на любые глупости, – отозвался Викол.

Вералга посмотрела на него с удивлением, и покачала головой:

– Любовь? Ни о какой любви тут и речи нет… нет-нет, Басыр… обида, зависть, месть, разочарование, сомнения в себе, всесильной и древней, восхищение, и чёрт её знает, что ещё, но только не любовь.