Байкал. Книга 4

Исключая, Дамэ, конечно, он… Впрочем, о твоей природе, Дамэ, я даже рассуждать не стану, опасаясь привлечь сюда внимание твоего Создателя… Так вот, есть о чём поразмыслить… Молодому Анпу на его пути нужны товарищи, нужны верные слуги, у него никого нет теперь с исчезновением Аяи, ради которой он в своё страшное служение ввергся. Даже Эрбин покинул его снова, куда направил стопы, неясно, но не увидим его, думаю, ещё долго, злато всё своё забрал с собой. Но мне служить спокойно и безопасно, мирный культ, не его, Анпу, опасное поприще.

– Я отвечу за себя, как за всех, – сказал я. – Уважаю тебя, Вералга, и за приют тебе исполать наша, но мне понятнее и больше знаком Анпу, не обессудь. Его я знаю, почитай, триста лет…

– Да и я некогда от ран лечила, – обрадованная моим выбором, выскочила Рыба.

– Тебя, Арит, не спрашиваю, муж и жена – плоть одна, душа едина, – сказала Вералга. – Что ж… Выбор одобряю ваш, сегодня скажем о том Арию.

Арий принял нас и слова Вералги не без удивления.

– Что, вправду, согласны Богу Смерти служить? Служба трудная, не прогадали? Может, Вералге отдадитесь? – сказал он.

– За женщиной почитай три сотни лет таскались по миру, участь незавидная, доля тяжкая, уж лучче при мущине, спокойнее и надёжней. Да и жирней, – сказала Рыба.

На это Арий весело рассмеялся.

– Что ж, Рыба, в житейской мудрости тебе не откажешь никак, ещё под Каюмом ты мне нравилась своей толковостью. Помнишь ещё те времена?

– Как же забудешь, Кассианыч…

Арий снова засмеялся и даже потрепал Рыбу по плечам.

Вообще выглядел чрезвычайно довольным и, думается, мы трое к этому не имеем отношения.

– Арит не знает, что за Каюм такой, да, Арит? Ну, ничего, не тушуйся, привыкнешь. Мы, вишь ты, земляки, так что есть какие места вспомнить. Но… порасскажу о нашем Байкале вам, не порадуетесь…

Ох, права Вералга, прав Орсег, Арий затеял и провернул то, что мы видели явлением Гора, поразившим весь Кемет. Но как, и где ныне Аяя? Как мне узнать это? В разлуке с ней я начинал слабеть…

Дамэ… я и думать забыл о тебе, славный ты охранитель Аяи, моей потерянной любви.

Не знаю, как я пережил эти дни, что проходят со дня вновь оборвавшейся свадьбы. Я даже не помню, что происходило, кроме Мировасора никого не помню возле себя. Он всё время был рядом, кажется не только днём, но и ночью. Он всё время говорил что-то, не смолкая, всё время отвлекая меня от мыслей о катастрофе, которую я не знаю, как пережить.