Зверь в тебе

Действовать и не киснуть – это лучшее, что Вы можете сейчас для нее сделать. – Она сделала паузу, переведя дыхание, и добавила: – И всё-таки хорошо бы настоять, чтобы полицейские приняли заявление. Они обязаны это сделать.

– Да, конечно. – Михаил кивнул и порывисто встал. То есть он попытался встать, но, видимо, голова снова закружилась, и он со всего маху упал обратно на стул. Потом виновато посмотрел по очереди на обеих женщин. – Извините, – пробормотал он. – Что-то я не в себе, кажется…

– Вот что, – решительно прервала его Яна.

– Отличная идея! – несколько преувеличенно бодро поддержала коллегу Наталья. – У меня есть очень вкусные шоколадные конфеты, я сейчас принесу.

– Спасибо, девочки! – проникновенно сказал Михаил. – С удовольствием выпью ваш чудесный кофе с прекрасными конфетами. Спасибо вам и за поддержку, и за помощь.

– Совершенно не за что, – ответила Яна и, как и Наталья, сделала вид, что не заметила, что глаза мужчины блестят.

Полчаса спустя, когда их импровизированная кофейная церемония подошла к концу и уже почти совсем похожий на живого Михаил уехал, в проходе между салонами Натальи и Яны собрался небольшой стихийный митинг. К двум женщинам подтянулись продавцы из соседних салонов, которые тоже знали Елену и также общались с ней. Известие о том, что вчера вечером она пропала, эта разношерстная компания восприняла по-разному.

Кто-то из женщин (а представительниц прекрасного пола среди продавцов было подавляющее большинство) не нашел в этой ситуации ничего страшного или пугающего. Ну подумаешь, решила женщина сходить налево и не рассчитала своих возможностей – делов-то! Погуляет немного и вернется. А хороший левак, как известно, только укрепляет брак. Другие считали, что, возможно, Елена просто опоздала на автобус и стала ловить машину, чтобы добраться домой – а там, в дороге, тем более зимой, могло произойти что угодно.

Но были и такие, что подозревал худшее. Поскользнулась, упала, ударилась головой и лежит сейчас где-то в сугробе. Опоздала на автобус, поймала попутку, в которой ее и завезли куда-то, изнасиловали, ограбили, убили и выкинули где-то за городом в сугроб, и лежит сейчас она – см. выше.