В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Книга 2. том 4. Кровь

Ты ждёшь конца света, но жизнь лишь одна,

Её провести в ожиданье обидно,

Ты ждёшь конца света,

Душа так бедна, когда кроме смерти ничто в ней не видно…

Возрадуйся жизни и солнце впусти

В свой взгляд и вглубь сердца,

Пускай же забьётся, застонет в груди,

И ты оживёшь, и подумаешь ты: мне не верится…

Мне не верится!

Мне не верится!

Не верится!

Не верится!

Но ты поверь

Поверь! Поверь!

Получилось очень здорово, правда, первая часть песни казалась спетой одним человеком, вторая другим и вначале он вставил тревожное мрачное соло, придуманное Вилором, а во второй перед финалом – своё, быстрое, лёгкое и радостное.

– Ну, чё рты пораззявили? – засмеялся Володя.

– Ты… какой-то гений, – сказал Серега, с восторгом глядя на него.

– Не болтай, а то Вилор подумает, что с нами лучше в номер не селиться! – захохотал Володя.

Все подхватили его смех, на том и стали расходиться. У выхода нас с Володей догнал Серёга.

– Вы куда сейчас? Хотя… слушайте, а поехали в «Метелицу»? Мы с Розой договорились, выпьем, потанцуем… А? Поехали, ребят?

– Вам вдвоём скучно, что ли? – усмехнулся Володя, обнимая меня за плечи.

– Ну не все такие добрые, как Танюшка, некоторые капризничают, в общество хотят.

– Нас не пригласишь? – Мэри и Вилор догнали нас.

– Поехали все? – обрадовался Серёга.

– Не, ребят, я – пас, у нас Димка заболел, и вообще… – проговорил Вилор, наматывая шарф.

– Чё смотрите, обрастёте детьми, поймёте, – нахлобучивая громадную ушанку из лисы или енота, не понять, сказал Вилор.

– Ох, не пугай, – сказала Мэри, взвизгнув «молнией» на куртке. – Поехали?

И мы отправились в «Метелицу». Там танцевали, веселились до глубокой ночи, ребята пили, Мэри тоже не отставала, познакомилась с какими-то парнями, но домой поехала с нами, не с ними, сказав, что они «стрёмные», мы подбросили её до дома, потому что я единственная была трезвой и за рулём, а Серёга с Розой уехали на такси.

Это был такой обычный день, такой как сотни других, как многие и многие сотни их были до и грядут следом, но, из-за вчерашнего происшествия с Марком, я всё время думала о нём, потому что не могла понять, что же с ним произошло, что за потрясение могло настолько повлиять на него. Таким я никогда не видела его, он будто покинул своё тело и пребывал где-то, куда доступа нет не только мне, но даже ему самому он ограничен.