Возьми его, девочка!

Вера обратила внимание на белизну его зубов, какой мог похвастать не всякий курильщик со стажем, на стрижку – он явно побывал в парикмахерской, – и тут же вспомнила, что сама стоит перед ним в замызганном переднике, вспотевшая, растрепанная, и пахнет от нее, на минутку, отнюдь не розами. Она почувствовала, что краснеет. К счастью, Алекс быстро сообразил, что сейчас не самое удачное время для флирта и нашел себе какое-то занятие в их с Ариной комнате.

Ужинали, как обычно, порознь. Накрыв на стол, Вера положила себе немного салата, кусок хлеба, куриную грудку и ушла с тарелкой в свою комнату.

По телевизору как раз начинался фильм «Крылья голубки», который она давно мечтала посмотреть. Хитренькая красотка Кейт едва успела изложить своему возлюбленному план охмурения состоятельной, смертельно больной американки, как дверь приоткрылась, и младшая сестричка спросила с невинной улыбкой:

– Я не помешаю?

Вера молча уставилась на нее.

– Ну, в общем, – Арина стиснула пальцы, – я только хотела узнать, почему ты нас игнорируешь.

– Ты думаешь, это демонстрация презрения? Ничего подобного. Просто кухонный стол слишком мал для четверых. Когда приедет Данька, все равно придется есть по очереди. Я решила начать прямо сейчас. Это понятно?

– Понятно, – пробормотала Арина и вышла вон с окаменевшим лицом.

Застав его за мытьем посуды, Вера едва удержалась от ядовитой реплики. Что, у ее высочества очередной приступ нарциссизма? Прочитав ее мысли, Алекс как ни в чем не бывало пояснил:

– Арина расстраивается из-за того, что вы никак не можете привыкнуть к моему присутствию.

Я объяснил ей, что это нормально, чужой человек в доме не может не напрягать, но решить жилищную проблему прямо сейчас я не могу. То есть могу, но Арину этот вариант не устраивает.

– Что за вариант? – поинтересовалась Вера с прохладцей.

– Временно пожить с моими родителями.

– У них большая квартира?

– Двухкомнатная улучшенной планировки.

– Это неудобно.

– Согласен. Потому и не настаиваю.

– А где ты жил до того как… – Она прикусила губу.

– До того, как поселился у вас? – пришел на помощь Алекс. – У подруги.

Веру слегка передернуло. Вот, значит, как. Из постели в постель. Он спокойно смотрел на нее, не опуская глаз. Вот черт! Напрашивается на нравоучение? С каким удовольствием она влепила бы сейчас со всего размаху по этому дерзкому лицу! Дерзкому и равнодушному. Пора спасаться бегством…

– Можешь говорить мне «ты», – сказала она, отворачиваясь.