Возьми его, девочка!

– …и посуду моет! – Кричала Арина сквозь слезы. – Господи! Да что ты за сестра? Вместо того, чтобы порадоваться за меня…

Вера вытерла руки, повесила полотенце на крючок, затем повернулась к Арине и сочувственно посмотрела на ее зареванное лицо.

– Я порадуюсь, когда увижу кольцо у тебя на пальце и штамп в паспорте. А заодно и ключи от вашей новой квартиры, где вы будете растить своих детей. А пока, извини, я думаю только о том, как бы этот выставочный экземпляр не бросил тебя на пятом месяце беременности, и на моей шее не оказалось трое детей вместо одного.

– Перестань! Если у тебя все было так, это еще не значит, что у всех… И вообще, я работаю.

– Сейчас-то конечно.

– Хватит! Слушать тебя не желаю!

Всхлипывая, Арина бросилась вон из кухни.

Отвратительная сцена. Вера пожалела, что не сдержалась. Но парень не внушал ей доверия, а сестренка влюбилась, как школьница, и готова была кинуть к его ногам свое большое сердце.

Вечером они сидели, обнявшись, на диване, и делали вид, что смотрят сериал.

– И забудь ты об этой беременности, – шептала Арина, – ничего не будет. Мы же не в семнадцатом веке живем. Он умный… и веселый… с ним никогда не бывает скучно!

– Вот и хорошо, – рассеянно отвечала Вера, думая о своем. – Главное, чтобы ты была счастлива. Я просто переживаю за тебя, вот и все. Не хочу, чтобы ты повторяла мои ошибки. Но, по всей видимости, человеку это нужно: совершить некоторое количество собственных ошибок, чтобы наконец поумнеть.

Изрекая эти банальности, она втайне надеялась, что сестра ее не слушает. Вернее, слушает, но не слышит. Несколько успокоительных слов, как символ примирения, как благословение, если угодно. Ей не хотелось выглядеть стервой, упустившей все свои шансы и теперь изнывающей от зависти к младшей сестре. Но, похоже, что бы она ни сделала, результат будет один. Сложившаяся ситуация просто не предполагала никакого другого сценария.

Хлопнула входная дверь. У Алекса уже был собственный ключ.

– Иди встречай, – Вера добродушно столкнула сестру с дивана.

С радостно заблестевшими глазами та устремилась в прихожую. Дверь осталась распахнутой настежь, и вскоре до Веры донеслись тихие гортанные смешки Алекса, шуршание его куртки из плащевой ткани, кокетливое хихиканье Арины и прочие звуки, позволяющие нарисовать картину трогательной встречи влюбленных.

Ей стало неприятно.