Всегда

Я взяла у нее корзину, но есть не стала: королева могла приказать ей отравить меня. Служанка поняла это и спустя несколько часов вернулась.

– Леди, – шептала она в дверную щель, – Вы должны поесть, леди. Вы не сможете долго держаться без пищи.

А я думала: леди… я стала леди. Почему? По какой причине Король оставил мне столько денег? Быть может, я его незаконнорожденная дочь? Но тогда почему он не признал меня своей дочерью? Быть может, он просто не хотел, чтобы деньги достались его сыну, но тогда причем здесь я? Почему именно я?

Ночью я вышла.

Никто не пытался меня убить, никто не бросился навстречу с удавкой в руках или ядом. В своей спальне я разделась и легла спать.

Когда-то давно, может быть, год назад или два я мыла полы в охотничьей комнате и увидела Короля. Он разговаривал с каким-то вельможей. Я не знала, что они будут там и тихо отошла в сторону, чтобы они не подумали, что я подсматриваю. Но в последний момент перед тем, как мне скрыться, Король вдруг поднял глаза и посмотрел на меня.

Всего мгновенье. Всего только миг. Больше мы никогда не видели друг друга.

Так почему он сделал меня графиней? Не для того ли, чтобы наказать за ту встречу?

На следующее утро меня одели в нарядное платье и причесали. Одеваясь, мне показали герб, который отныне должен был принадлежать моему семейству, и те цвета, за которые с этого дня станут сражаться благородные рыцари.

Королева вышла из столовой, когда меня привели туда. Она была в черном. Ее сына, нового короля, еще не было. Быть может, он еще не вернулся со вчерашней прогулки.

Я завтракала, сидя за столом, окруженным прислугой, благородными дамами и господами. Они все улыбались мне. Никто из слуг не заговорил со мной: они боялись меня теперь. Я подумала: может, зря я не дала измазать себя сажей? Может быть, мне суждено было сгореть сегодня на костре?

После завтрака я убежала в библиотеку и долго смотрела на портрет умершего короля. Перед смертью ему нужно было сказать о своем завещании. Потому что тогда Королева постаралась бы сделать все возможное, чтобы я никогда о нем не узнала.

Она отправила бы меня в монастырь или отравила.

Слезы текли на портрет умершего короля, когда в библиотеку прошла Королева.

– Ты ведьма, – крикнула он мне. – Тебе никогда не жить в этом замке. Ты околдовала моего мужа, а значит, все, что он оставил тебе – по праву принадлежит моему сыну.

– Вы вольны забрать эти деньги себе, – прошептала я. – Только не говорите, что я ведьма. Это не правда.