Час последнего патрона

Заметив реакцию гостя на такое открытие, хозяин дома едва сдерживал смех, набивая рот остывшим картофелем.

Глава 9

Сон в клубничной грядке

Дом, в котором располагался массажный салон, находился в глубине квартала. Старый, дореволюционной постройки, он имел пять этажей и стоял в окружении огромных тополей с причудливо изогнутыми стволами.

– Почему не в гостинице, а здесь? – спросил на чеченском Шамиль.

– Мы большой шум подняли, – стал объяснять Вахид. – Полиция наверняка сейчас ищет двух бородатых кавказцев в кожаных куртках и джинсах, которые намереваются совершить теракт.

– А если облава? – не унимался Шамиль.

– Какая еще облава? – Вахид нахмурился.

– Полиция часто устраивает рейды по злачным местам, – пояснил Шамиль. – Потом по телевизору показывают. Что будешь делать, если отец увидит?

– Не увидит, – уверенно заявил Вахид. – Потому что не покажут.

– Ваха и Аслан? – Женщина средних лет с усталым лицом выглянула на лестничную клетку и вновь посмотрела на гостей. – Вы звонили?

– Не видно, да? – оскалился Вахид. – Или мне подходит имя «Иван»?

– А я, наверное, вылитый японец. – Шамиль шагнул через порог, бесцеремонно оттеснив женщину в сторону.

– Карина! – театрально позвала она, прикрывая дверь.

В коридоре появилась полная дама в длинном, до пола, изумрудном халате и расплылась в улыбке силиконовых губ.

– Добрый вечер! – поприветствовала она мужчин грудным бархатистым голосом оперной певицы.

– И вам не хворать! – проворчал Вахид.

– Что желаем? – спросила Карина.

На лице этой женщины было столько макияжа, что оно казалось неживым. Паутинка трещин в тех местах, где под боевой раскраской были спрятаны морщинки, делала кожу похожей на смятую бумагу. Вахиду даже стало немного жаль Карину. Она была уже в том возрасте, который обилие косметики лишь подчеркивает.

– А что в таких случаях надо сказать? – на полном серьезе спросил ее Вахид.

– Брюнеток или блондинок. – Карина томно закатила глаза под потолок. – Может, вы любите с двумя…

В коридоре бесшумно появились три девицы.

– А тебя можно? – нагло глядя ей в глаза, спросил Вахид.

Ему было противно от той роли, которую он взялся играть. Но ничего не поделаешь, по-другому нельзя. Нужно с порога нагнать страху, чтобы потом было легче подчинить эту публику своей воле.