Паучиха. Книга II. Надя

Одно чванство на лице.

– А он считает, что неотразим. Только не всякой женщине дано оценить его по достоинству.

– Я точно не из их числа.

– Ты ему и не интересна.

– Конечно, куда мне, хромой.

– Красота для него фактор важный, но не главный. За преданный и восхищённый взгляд он простил бы тебе недостаток. Причём с радостью, потому как его добродетели на твоём фоне воссияли бы ярче.

– Во век бы отблагодарить не смогла.

– Века и не потребуется. Через неделю ты бы его разочаровала. А тот заморыш мог бы боготворить и целовать следы твоих ног.

– Зачем ты так о нём? Тихий и беззлобный человек. Наверное. – Вера рассматривала свечение мужчин. Алла определяла их характеры предельно точно.

– Так познакомься. Курортный роман тебе обеспечен. Правда, несчастный утопится после разлуки с тобой.

– Спасибо, я приехала отдыхать, а не кормить рыб телами безутешных влюблённых.

– Ну, а этот шкодник вырвался из-под контроля жены. Видишь, каким озорством блестят глазки? Он будто подросток, который притворяется взрослым. На настоящий роман не отважится, оказаться здесь – уже целое приключение для него.

– Алла, ты сейчас уничтожила всякое достоинство мужчин и говоришь, что их взгляды тебя заводят?

– Разогревают. Но интересен мне другой контингент. Эти не будут пялиться. Они здесь ради изысканной игры. – Матецкая кивком указала на двоих загорающих.

– И что ты собираешься делать? Подойдёшь и скажешь: «Ветер так заманчиво шевелит ваши лобковые волосы. Вы голые, мы голые, это прекрасный повод для знакомства»?

– Нет. Не обращай на них внимания, и через пару дней они сами к нам подойдут. А пока разгоняй свои застоявшиеся женские соки под прицелом страждущих. Поверь, это вдохновляет.

Однако Вера не чувствовала никакого вдохновения. Мужские тела, худые и полные, гладкие и волосатые, спортивные и далёкие от идеала, с пенисами всевозможных форм и размеров вскоре перестали её смущать, но их вид не возбуждал в ней желания, а порой даже вызывал отвращение.

Неожиданно приятным в этой сомнительной авантюре оказалось купание нагишом. Тугие завязки купальника не сковывали движений, вода ласково массировала обнажённую кожу.