Из пепла возродится

– Почему не привозят?

– А те, волны морские увидев, будто вспоминают, откуда вышли, да удрать норовят. Если же их привязать, то корабль качать принимаются. Поди справься с такой громадиной! А ещё чудно, что улицы там водным камнем мостят. Он прозрачный, как стекло, только чище, а тронь его – так звенит. Поэтому все загрядцы набивают подковки на каблуки, гуляют себе или по делу ходят, а по улицам перезвон стоит. Даже дома из этого камня строят.

– Прозрачные?!

– Ну да.

– Срам-то какой! И бани у них прозрачные?

– Про бани не знаю.

Зара готова была слушать до утра, забыв о времени, но по улице зацокали копыта, скрипнули ворота, и со двора донёсся голос Стужи.

– Матушка вернулась. Потом остальное. Сейчас поди скажи ей, чтоб велела баню истопить.

Узнав, что сын окреп настолько, что захотел попариться, Стужа запричитала и, прежде чем распорядиться о бане, метнулась в поклонную. Зара надеялась, что Пламеню отец или брат помогут помыться, но свекровь сунула ей в руки чистое бельё и велела идти с мужем.

Зара огнём пылала, воображая, что увидит наготу Пламеня, когда он в здравом рассудке, да ещё придётся самой раздеться при нём. Но он смутился не меньше, чем она, и отправился в парную в исподних портках. Зара тоже не стала снимать рубаху.

Пламень дал промыть себе волосы, натереть спину и плечи, после же отобрал мочало.

– Иди, дальше я сам.

Спорить Зара не стала.

Из бани вернулись, когда семья принялась за ужин.

– Значит, дело на поправку идёт, – усмехнулся Буран.

Зара же ждала, когда закончится ужин, они с мужем вернутся к себе в опочивальню, и он продолжит историю о чудесном Загрядье. Но после бани и обильной еды Пламеня разморило, и он уснул, едва опустившись на постель. Зара хотела было устроиться на сундуке, но одумалась – не для того она ездила к знахарке, чтобы и дальше жить порознь с мужем.

Ночью она проснулась оттого, что Пламень трогал её грудь через ткань рубахи. От прикосновений делалось стыдно и приятно одновременно. Почуяв, что жена не спит, он отдёрнул руку. Зара поняла, что это и есть то самое, чего все так ждут от них, и повернулась к мужу:

– Я твоя жена.

Легла на спину и вытянулась стрункой, как учила её матушка.

Пламень замер. Зара боялась, что он отвернётся и снова уснёт.