Из пепла возродится

Пламень, пойдёшь власту служить?

– Пошёл бы, если б и вправду война была. А так, что там муштра пустая, что здесь… Батюшка, ты бы на те подати меня корабельному делу учить отправил. Обещал же, если женюсь.

– Тише, не пылай. Я сказал, что подумаю. Опалиться – не жениться ещё. Вот когда дитё родите, тогда ваш брак и будет настоящим.

– А как родим, так и вовсе никуда не уеду. Кто ж дитё малое бросает? Гнить мне свой век в Трихолмке.

Пламень уронил голову, громко ударив лбом о стол.

– А в морях – жить? Сгинешь – и огню придать ничего не останется.

– Уж лучше в море, чем в навозе! – Пламень резко выпрямился. – Не могу я здесь! Сам бы ушёл, да ведь не примут без метки наставника, а он её без родительского благословения не поставит.

– Я, значит, могу, отец мой с дедом могли, брат твой может, а тебе навоз не по нраву! Или думаешь, тухлая рыба фиалками пахнет? Издалека всё хорошо, а как ближе присмотришься – везде навоз.

– Отец, я же не рыбачить хочу, а новые земли искать. Ты знал, что на юге посреди моря высится стена неприступных гор, изрыгающих огонь? Ещё ни один мореход не нашёл прохода меж ними.

Только живущие за скалами синие люди на своих крылатых змеях с птичьими головами могут перелететь их…

– Это ведьма тебя сказками из поганого писания дурманит?!

– Это не сказки! Мудрецы в Цитадели снаряжают корабли, чтобы проход найти. Только нам, навозникам, о том не открывают, чтоб не помышляли о чём-то большем, чем спину гнуть и подати платить…

Кулак Бурана сотряс доски стола так, что с него слетели счётовые книги.

– В моём. Доме. Чтобы. Речей. Таких. Не велось! Ещё раз услышу – сдам в войско. Всё, идём молиться и спать.

В Поклонной Пламень встал к нише Артовия, укрепляющего в храбрости, и, когда вся семья разошлась отдыхать, ещё долго молился.

Зара и страшилась, и ждала появления мужа. Страшилась его горячности и в то же время хотела расспросить о синих людях на змеях, о море. Какой, оказывается, мир большой. Она знала, что властво их называют Кольцегорьем, да сами горы только раз видела, когда отец возил их с матушкой в Перепутье.

Он указал на синюю дымку по горизонту, пояснил, что это горы, а за ними – столица, Приморье. Ещё сказал, что на юге Кольцегорье граничит с Южными Хребтами, влаством злобного брата Грома. На севере – Северные Равнины, где родился Зазимок. Где-то на побережье – страшная Виринеева гряда. А на западе, за морем – Дивнодолье, посреди которого выше облаков поднималась Верховная Цитадель.