Зверь

Если что-то понадобится, можете обращаться. На столике при кровати кнопка вызова. У вас ещё есть время привести себя в порядок, ужин через десять минут, – сказала женщина и скрылась в коридоре, прикрывая за собой дверь.

Я устало опускаюсь на широкую кровать и выдыхаю. Сил совершенно нет, он высосал из меня все соки. Так, у меня есть всего лишь десять минут. Ванную комнату обнаружила сразу, она оказалась чуть меньше самой спальни, но тоже была просторной. Подхожу к зеркалу и горько ухмыляюсь. Глаза покраснели, а лицо выглядело бледным.

Нахожу мыло и начинаю смывать косметику. Так гораздо лучше и привычнее. Красилась я редко, лишь на какие-нибудь приёмы, а в повседневной жизни обходилась без неё. Вытираю насухо лицо и выхожу. Понимаю, надо позвонить отцу и узнать что происходит, но вспоминаю, что сумочка осталась в машине.

– Проклятие!

Дело дрянь. Надо выходить, но ноги как ватные. Я дико устала ходить на каблуках. Тут же скидываю их. Даже переодеться не во что. Я по-прежнему, в вечернем платье, шаль тоже забыта в машине.

Спальню покидаю босиком, на каблуках я просто не выдержу этот спуск с лестницы. Плевать. На всё плевать.

Я услышала голос Доминика, когда уже достигла последней ступени. Он выходил из своего кабинета, разговаривая по телефону. Говорил на немецком, но я-то отлично знаю несколько языков, немецкий включительно, поэтому без проблем поняла, о чём он говорит. Судя по всему, он разговаривает с женщиной. Ну и пусть, это не моё дело.

Когда разговор заканчивается, Доминик убирает телефон в карман брюк и направляется ко мне.

Я снова задрожала.

– Есть хочешь? – спрашивает он, останавливаясь в метре от меня. Оглядывает мои голые ступни, но ничего больше не произносит.

– Было бы неплохо перекусить, – отвечаю я, и живот начинает громко урчать. Я стушевалась и опустила глаза.

– Пошли, – снова командует он.

Я направляюсь вслед за ним к столу, на котором уже стоят несколько холодных закусок, салаты и бутылка красного дорогущего вина. В этот момент Елизавета Петровна вносит только что приготовленное мясо.

От него так божественно пахнет, что в моём животе залетали бабочки. Я еле удержалась, чтобы не выхватить тарелку у неё из рук, но посмотрев на Доминика и увидев его взгляд, вспомнила о хороших манерах.

Женщина с понимающей улыбкой поставила предо мной блюдо и сразу же ушла. По правилам этикета я могла приступить к еде только после хозяина дома. Но вот он кивнул, давая понять, чтобы я не стеснялась и начинала есть.