Золушка барачного квартала

– Ишь, ты распорядилась, ребенка гонять, кажется, я тебе сказала, а не Петьке. – Раиса посмотрела на сына. – А ты чего кинулся выполнять задание, как будто на службе у нее?

– Так она же волшебное слово сказала: «пожалуйста». – Петька удивленно смотрел на мать.

– Тьфу ты, воспитательница нашлась, настроила пацана.

– Да никого я не настраивала, пусть сбегает, а я пока постираю, заодно и халатик ваш выстираю, вон он лежит.

Раиса смягчилась. Предложение, выстирать халатик, ей понравилось. – Ну ладно, стирай.

Когда Петька ушел, Раиса уже почти по-доброму сказала: – Я ведь хотела, чтобы ты к Кочкиным зашла, а там Родион, сын их, может, вы договоритесь, жених-то он не плохой.

Элька рассмеялась. – Да не нужен он мне. И никогда не интересовал, пусть другую себе невесту найдет, а у меня…

– Что у тебя?

– Да так, ничего.

Элька уже развешивала белье, как появился отец. – Чего вдруг на ночь глядя стиркой занялась?

– Да есть же время, да и сессия закончилась.

Отец присел на ступеньку крыльца, и показался Эльке печальным.

– Пааап, ты не заболел случаем?

– Да здоров я, телом здоров, а душой болею.

Элька присела рядом, прикрыв коленки ситцевым платьем. Несмотря на выбор отца, привести в дом Раису, она все же жалела его. – А ты скажи, может, я помогу чем, – предложила она.

– Да чем ты поможешь, дочка, это я должен тебе помогать, – он положил ей руку на плечо. – Эх, Элька, дочурка моя… прости непутевого отца… тяжело тебе с нами.

– Да ладно, пап, все нормально, справимся.

Но на Николая словно волна накатила и уже невозможно было остановить. – Мамка-то твоя совсем другая была, не то что Раиса. Любил я ее, ох любил… потому может и тяжело было пережить мне это горе… заглушить хотел, а чем заглушишь… А тут Раиса со своей любовью… Ну, думал, может, забудусь, вот и заглушил, – он вытер глаза, полез в карман. – Вот держи, денег немного, купи себе чего-нибудь.

– Не, папка, не надо, оставь…

– Бери, говорю, дочка же ты мне…

Элька взяла деньги.

Николай снова вытер глаза и прижал дочку к себе: – Цветочек ты мой, Элюшка, душенька твоя добрая, дай, Бог, чтобы все у тебя было не так как у меня.

– Папка, спасибо, спасибо! – Элька уткнулась в колючую щеку отца.