Апрельский кот

– И с анатомией тоже? И с патфизиологией?

– Нет, все-таки вы презираете психологов не просто так! – воскликнул Игорь Вячеславович.

– Ладно, извините, – стушевалась я. – Просто… это странно. Сейчас психологи – каждый второй. Кругом консультанты.

– С этим я, кстати, даже спорить не буду. Правда ваша. Кто ни попадя собирает эмпирические данные, да еще не факт, что данные эти – корректные. А мы – профессиональные психотерапевты – потом отдуваемся. Знаете, а ведь Ленин говорил, что и кухарка может управлять государством.

Думаете, не может?

– Он ошибался, ваш Ленин. И не только в этом, – улыбнулась я. Повисла неловкая пауза, во время которой Игорь Вячеславович явно ждал от меня чего-то. В конце концов я сдалась. – Ладно, Игорь Вячеславович, я приду, хоть и не понимаю зачем.

– По крайнем мере, сможете выспаться, – пожал плечами он.

– Тяжелый случай, – вздохнула я и пошла к двери.

– Постойте, – Малдер остановил меня, склонился к столу и принялся писать что-то. Он протянул мне бумажку, на которой неразборчивым почерком – прямо как у заправского врача – был выведен какой-то латинский термин.

– Это что?

– Рецепт. Только применяйте как экстренное средство. Не стоит злоупотреблять химией. Обычно я не применяю ее, но в вашем случае…

– Что, все так плохо? – усмехнулась я. – Пациенту поможет только топор?

– Сон – это важно, – покачал головой Игорь Вячеславович, а потом записал меня на следующий прием через два дня и выпроводил из своего кабинета, аккуратно намекая на то, что занят, ждет следующего пациента.

Я вышла, дошла до конца коридора, дождалась лифта, доехала до нашего двадцать шестого этажа и только потом вспомнила, что забыла солнцезащитные очки в кабинете у психолога. Странно, что я об этом не подумала сразу. Потому что… вот ведь забавно, я совсем забыла, что у меня под глазом пылает этот дурацкий синяк. А все потому, что сейчас я чувствовала себя совершенно по-другому.

Я вернулась в кабинет, сунув нос туда, где уже другой пациент раскрывал душу, разглядывая рыбок.

Схватила очки и испарилась так быстро, что меня, по большому счету, можно было принять за привидение.

– Надо же, ты вернулась? – ахнул Саша Гусев, скользнув по моему лицу удивленным взглядом, ибо я очки на нос надевать не стала. Решила проверить кое-что. – Это тебя кто, психолог или Крендель?

– Крендель, – буркнула я, и Саша рассмеялся. И все. Никаких больше разговоров. Никаких вопросов. Стоило ли так волноваться.