Знак И-на

Доступ к информации был у ограниченного количества лиц, и скрыть такое не удастся, но и сделать капитан Ком уже ничего не мог. Разве что попытаться защитить конкретно свою голову – показательно уволить Чертока из «рядов», написать рапорт, назначить служебное расследование, дать опровержение, в конце концов.

– Опровержение? – расхохотался Иван, смех был нервным, даже истеричным. – И что же именно вы хотите опровергать? Что подполковник Морозов был убит? Что его опоили снотворным, что его задушили и сожгли в собственном доме? Или то, что у него в собственности был бизнес, который он, возможно, приобрел путем рейдерского захвата? Заметьте, возможно! Ничего же не утверждается конкретно, понимаете? Сколько денег получил ваш Черток?

– Я понятия не имею, что он там получил, но разберусь! Нужно немедленно изъять статью.

– Изъять? – скривился Иван. – На каком основании? Вы хоть понимаете, где статью опубликовали? Это крупнейшая медиаплощадка Интернета.

– Я понимаю ваши чувства, – прошелестел Ком.

– Понимаете? Тогда, можно, я ваш номер дам дочери Морозова, а то она мне тут звонила и угрожала судом. Нет, не так. Она мне просто сообщила, что считает статью клеветой, порочащей память ее отца, и что я за все отвечу.

– Она что, решила, что это вы… слили инфу? – удивился Ком. Удивился, а затем запоздало пожалел, что не вышел сам с этой версией. Черт, а ведь мог бы. Лучшая защита – это нападение, но теперь капитану Кому оставалось только отбиваться.

– Да, она решила, что я, так называемый друг ее отца, продал журналистом эту похабщину. И что под мою диктовку журналисты назвали ее отца рейдером в погонах, который, «по некоторым данным», – Иван чуть не плюнул на пол, так ему было все это мерзко и противно, – «по некоторым», сука, «данным», разорял людей и захватывал частный бизнес еще с начала девяностых.

– Я не знаю, – выдохнул капитан. – Я даже не могу утверждать с уверенностью, что это именно он. Мы проводим проверку.