Виртуальные связи

Все это было так, развлечения запертого в многоэтажке ума. Способ потратить время, такое тугое и вязкое, что в нем вязнешь и застываешь – особенно зимой, как теперь.

– Лорочка, у нас нету творожка, – ласково, даже приторно щебетала Бьянка, высунувшись из ванной. Заспанная, растрепанная, в растянутой майке.

Творожка ей!

– И что? – нахмурилась Лаура. Сегодня она была на редкость зла. Может, потому, что мрачный московский январь висел за окном, как гигантский воздушный шар серого цвета. Может, потому, что опять не было денег.

Творожок тоже, знаете ли, бесплатно не дают. Деньги, деньги. Проблемы.

– Ничего! – пожала плечами Бьянка. – Надо купить молока, я бы сейчас и сделала творог.

– Ты погладила белье? – спросила Лаура, только чтобы перевести тему. Слово «купить» было для нее сейчас хуже, чем матерщина.

– Не переводи тему! – возмутилась Бьянка.

А Лаура как раз хотела тему перевести. Бьянке что, сидит себе дома и ни о чем не тужит. Деньги ее не волнуют. Бьянку вообще мало что волновало, она почти ничего не хотела в этой жизни, только покоя и разве чтоб у Лауры все было хорошо.

За что Лаура особенно ее ценила. Но творожок действительно нужен.

– Ты разместила на Яндексе нашу галерею?

– Только на My space, – отвела глаза Бьянка. Бесполезно ее о чем-то просить.

– Разместила?

– Размещу! – крикнула Бьянка и ушла, сильно хлопнув и без того некрепко прикрученной кухонной дверью. Дверь в кухню была расшатана псами. Они, когда голодные, были способны снести все на своем пути.

Не только тонкую дверь, которую давно пора было починить.

– Вот и размести, – заорала ей вслед Лаура, зная, что теперь уж Бьянка точно не сделает ничего, а будет дуться весь день и требовать извинений. Ими и кончится, но сначала будут все эти невыносимые крики, слезы, упреки и спектакли с заламыванием рук. И ведь знает же Лаура, что нельзя вот так с Бьянкой. Что будет только хуже. И лучше вообще пойти и извиниться прямо сейчас. Но злое настроение брало верх, и Лаура и не хотела бы, а делала все назло, из вредности, чтобы позлить и ее.

Денег не было и не предвиделось. А на руках одно дитё человеческое и трое четвероногих. И Бьянка, тоже как ребенок. За что ей только это все? Да еще и январь.

Бьянка не показывалась. Лаура, все больше раздражаясь не пойми на что, встала, вышла из кухни и подошла к раскрашенному фиолетовому стеллажу в холле. Она сама его сделала год назад, возилась, наверное, месяц. Днем и ночью выпиливала, прибивала, раскрашивала.