Не ходите, девки, замуж!

Сумка с документами и деньгами была при мне, а желание и дальше быть наедине с собой и со стуком колес только нарастало. Я не знала, в какой стороне вагон-ресторан, но решила ни у кого ничего не спрашивать. Не хотелось открывать рот и произносить какие-то звуки, так что я решила просто пойти в тот вагон, с которым граничил мой тамбур, а потом в следующий. Кажется, я шла по направлению к началу поезда, что, как выяснилось, было правильно. Я прошла несколько вагонов, в какой-то момент стало гораздо тише. До этого в каждом купе какие-то люди уже вовсю вели разговоры, что-то рассказывали о своей жизни.

Можно было услышать обрывки этих разговоров.

– Я работал в Иркутске, пока жену не перевели в Ленинград.

– Мне кажется, в наше время молодежь была более ответственной.

– Смешно! Ха-ха, смешно! А я вот знаю анекдот… – слышала я, пропуская начало и конец фразы, но и так было понятно, что люди спешат за пару оставшихся до сна часов рассказать друг другу всю свою жизнь, разделить, может быть, даже с совершенно незнакомыми людьми свои горести, драмы, свои победы и свои планы.

Показать фотографии детей и внуков, посмотреть аналогичные фотографии в ответ.

– Ой, какие миленькие! В каком классе?

– А ваши? Уже в институте? Не поверю, вы так молодо выглядите.

– Ну, что вы!

Я шла и думала, о чем бы я рассказала, если бы мне больше повезло с соседями. Фотография Мусяки у меня в телефоне. О работе в банке? О драматической истории моей любви с Сергеем Сосновским? Все как у всех.

В какой-то момент вагоны изменились, в купе было только по два места, без верхних полок. Было дороже и чище, а над выходами к туалетам табло показывали, свободно там или занято. Все для людей, но самих людей было почему-то мало, и они либо молчали, либо сидели за плотно закрытыми дверями. Через пару таких вагонов и был, собственно, вагон-ресторан.

– Присядете? – спросила меня шумная и красная официантка со смешно повязанной на голове косынкой.

– Да, спасибо, – кивнула я.

Ресторан не был пуст, какие-то люди уже сидели и что-то пили и ели, но места еще были. Я забралась за самый последний столик, забилась в самый уголок и принялась смотреть в темное окно. Мне было хорошо. Света было мало, в вагоне царил полумрак.

– Что будете?

– А у вас есть красное вино? – поинтересовалась я, заранее готовясь проигнорировать критический официантский взгляд. Да, я собиралась выпить одна. Да, это первый признак алкоголизма, но наплевать.