Мой шикарный босс

– Ты понимаешь, дело ведь не в том, что он мне позвонил.

– А в чем?

– Мне кажется, он совершенно уверен, что я действительно его приму – и еще спасибо скажу. Да кто он такой, в конце концов? Неужели же он не понимает, что сам все разрушил! Я же теперь рядом с ним даже чай пить не могу! С чего он решил, что у него есть шанс меня вернуть?!

– А, ты об этом, – разочарованно протянула Алена. – Да что тут сложного? Ты ведь до сих пор одна. Уже год! Очереди из порядочных мужиков я возле тебя не видела.

– Ну и что, а может, я пока не готова к новым отношениям? Может, мне хорошо одной? – возмутилась я.

– Хорошо одной? То есть ты хочешь сказать, что если бы тебе попался приличный мужчина, ты бы послала его подальше со словами «я еще не готова»? Не смеши меня, но за весь год тебе встретился только Димка – шофер из отдела доставки. Да и тот – на корпоративе.

– Алена! – покраснела я.

– Что? Что Алена?!

– Ты же знаешь, я не люблю об этом вспоминать.

– Ну так и не вспоминай.

– Ну… в целом… он почти не пьет. Работает. Он, конечно, не весть что, но…

– И ты уверена, что действительно никогда не примешь его назад? Даже если придется навсегда остаться одной? Тебе тридцать четыре, у тебя дочь! Как ты думаешь, многим мужикам нужен такой геморрой? – с пристрастием спрашивала меня Алена. Просто гестапо в чистом виде.

Я почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза.

– Я только-только научилась без него жить!

– Надь, пошли работать. Ты все равно сейчас ничего не решай. Пусть помучается. Подарки потаскает, в театр тебя пригласит. Цветы опять же. Но ты признайся себе, разве не об этом ты мечтала, когда ревела белугой от одиночества? Если нет, что ж, свобода – это тоже выбор.

– Да? – неуверенно посмотрела я на нее.

Мужчины приносили мне в жизни много разных проблем. Но свобода, она же – одиночество, была еще более сомнительна.

– Самое ценное в человеке – это умение прощать. Особенно если это выгодно, – авторитетно заявила Алена. Она была профессионалом в вопросах выгоды. Красивая и циничная, казалось, она вертела мужиками с пеленок. И ее муж, тихий и покладистый, терпеливо сносил все ее взбрыкивания.