Записки ночного охотника

Лицо более продолговатое и треугольное. А изображение на портрете выдавало форму сердца. Да, явно нога Лилии больше. У Доминика была туфля. Но, конечно, он спрятал ее в своей гостевой комнате. Если Лилия блондинка, Роза тоже. А та – кто постарше не могла быть Розой, ведь так? Хотя если она довольно сильная ведьма, и она была увешена предметами чар гламура… то могла показаться принцу моложе, чем на самом деле? Выходит, Роза не «работает» здесь? Или может, если она такая могущественная ведьма, может оказаться и владелицей этого борделя…? Туфля, записки и слова Лейлы… все ведет сюда… в проклятый город и «Дикую орхидею».

Вот, и они очутились в комнате вдвоем. Как только дверь закрылась, девушка начала раздеваться. Но, Доминик ее остановил:

– Давай с этим не будем спешить, – он устало плюхнулся в кресло.

– А по тебе не скажешь, что из… разговорчивых, – усмехнулась Лилия, но перестала расстёгивать на себе платье и расшнуровать корсет. – Но, надеюсь, тебя предупредили, Родриго, что оплата за потраченное время не возвращается.

– Предупредили, – он внимательно на нее посмотрел. Доминик не хотел долго ходить вокруг да около. Ему вообще хотелось быстрее покинуть Проклятый город. Да, и не знал сколько Лейла еще протянет… Придется «брать быка за рога» и надеется на удачу. – Сколько ты еще хочешь заработать? Я плачу, ты оставляешь деньги только себе, и никто никому не рассказывает о нашем секрете…?

– Я не занимаюсь всякими извращениями! – девушка недовольно сморщилась и глянула на него испуганными глазами.

– Нужно поделиться только информацией… плачу серебряными, – усмехнулся он, наблюдая за ее реакцией. Выдаст ли она его после как получит деньги? – А за хранение секрета – золотыми. Насколько мне известно, такие заведения редко делятся со своими работницами. И обычно выплачивают гроши… Но дело твое… – и он выжидательно молчал, не стал уговаривать…

Когда уговариваешь, – могут заломить цену выше, а могут и «нож в спину всадить», – все зависит от преданности или ненависти людей их хозяевам, которым они служат.

Девушка задумалась, она прошлась по комнате, выглянула в окно, тихо приоткрыла дверь и выглянула. Потом вернулась, сняла с себя платье, и осталась с голыми ногами, в одном корсете. Доминик удивился, а когда она подошла к нему и присела рядом на подлокотник кресла немного отпрянул.

– У стен всегда есть уши, – тихо зашептала она ему рядом с его ухом.