Любимый мотив Мендельсона

Неужели я так много ем? А почему это никак не сказывается?

– Потому что все вы – Тапкины – тощие сволочи! – сказала однажды про нашу семью моя школьная подружка Алла Трофимова, девушка БОЛЬШИХ моральных и внешних достоинств.

И действительно, нас с братом кормить – проще сразу убить. Перевод продуктов, и все тут.

– Деточка, тебе надо чем-то занять себя. А то вся пенсия уйдет на шоколадки, – подкатила ко мне мама, решив, что в моей системе обороны есть некоторый пробой, и доводы, высказанные именно сейчас, могут и возыметь успех.

– Я не знала, что все так запущено, – пристыженно отреагировала я.

Действительно позор. Позор взрослой двадцатишестилетней нигде не работающей дочери пожилых родителей проедать их пенсию, переводя все деньги на конфеты «Му-му». Вот когда я пойду на работу, то с чистой совестью буду тратить все деньги на любые изыски. Буду вообще питаться одной черной икрой, как Верещагин из «Белого солнца пустыни». Интересно только, когда это славное время уже настанет? Ну да с этим все пока не ясно, особенно если учесть, что я историк с дипломом, но без опыта работы и с некими романтическими представлениями о мире, свойственными всем молодым особам, живущим за счет родителей или мужчин.

– Пойдем, – предложил как-то бывший однокурсник Петечка, – в кино. На поцелуйный ряд.

Я представила себя с этим полумужчиной-полуподростком на последнем ряду одного из этих модерновых кинотеатров, где тебе по голове постоянно долбит сурраунд, и меня передернуло.

– Нет уж, спасибо. Я лучше дома посижу.

– А хочешь, я с тобой побуду? Дома? Могу каких-нибудь кассет принести, – тут же сменил он ориентиры.

Я задумалась. Сериал про Марию кончился, а страдать по Андрею, который так и не позвонил, хотя уже миновала зима, мне надоело. Может, и правда пригласить Петюню? Он хоть мне и не нравился как мужчина, но все же мог развеять скуку.

– Да? И ремонт в моей комнате поможешь делать? – спросил я.

Мне давно опротивело смотреть на обои, которые висели в комнате во все время моего романа с Андреем. Каждый раз, когда я видела противные розовые цветочки на стене, мне вспоминались многочисленные букеты, которые я заботливо отмачивала в ванной и лелеяла в вазах.

– А ты умеешь? – с недоверием переспросил Петечка.

– Я-то? Конечно! – уверенно заявила я. А что? Я же помогала школьной подружке Алле клеить обои. Один раз.