Нереальная пенсионерка

– сказал волк на незнакомом языке, который параллельно прозвучал в голове на русском, как переводчик в наушниках.

От этого конечно можно было опешить. Во-первых, Марина понимала его речь, во-вторых сама начала говорить на иностранном языке. Пару секунд они смотрели друг на друга. Неожиданно волк прыгнул. Марина зажмурила глаза, судорожно читая молитву, которая пришла на ум инстинктивно, ожидая самого худшего. Но набрасываться никто не собирался. Когда открыла, спустя несколько секунд, глаза перед ней уже стоял симпатичный лохматый парень с кошачьими глазами.

– Е-мое! Оборотень! – потрясенно прошептала пострадавшая, вытирая пот со лба.

– А что не похож? Конечно, не эльф же. Чего сидим?

– А-а-а у меня нога, я идти не могу. И не знаю куда, и вообще где я? – выдохнув, растерянно пробормотала пострадавшая.

И тут у нее хлынули слезы.

– Ооооо! Нечего сырость разводить. Я сейчас перекинусь обратно, ты залазь на спину и крепко держись. Тут недалеко в Гостищах знахарка живет, отвезу к ней, поможет.

– Я хочу домой, у меня там кот, – всхлипнула Марина.

– Фамильяр что ли?

– Я не ведьма, – обиженно ответила она.

– В этом помочь не могу. Сейчас о ноге надо думать, путешественница.

Так и сделали. В голове крутился миллион вопросов. Марина успокоилась, забралась на спину волка и они потихоньку направились в сторону деревни. Путь занял не больше получаса, в течении которого пострадавшая пыталась примириться с действительностью и поверить, что это не сон, ведь боль в ноге давала о себе знать постоянно.

Марина слезла с волка, оперлась на забор, подогнув больную ногу и стала осматриваться. Волк быстро обернулся в человека и, выпрямившись, крикнул:

– Синая! Ты дома?

– Чего кричишь Андор? Соседей распугаешь! – из дома вышла страшная на вид старуха.

Марине показалось, что она ее уже где-то видела и вспомнила про зеркало. Синая окинула гостей суровым взглядом из под густых бровей. Черные глаза и длинный нос с горбинкой дополняли облик ведьмы. На ее голове был повязан непонятного цвета платок, из под которого выбивались седые волосы, балахон из мешковины, подпоясаный шнурком, открывал босые ноги до щиколотки.