Другая жизнь

На мгновение одна из дверей практически бесшумно распахнулась и Лена бросилась туда. И вот тогда Лена услышала удивленный вскрик тетки. Совсем маленькая кабинка дернулась и помчала вниз. Лена была одна. В панике она нажала кнопку на панели и кабина замерла на месте, двери открылись, а толпа людей в белых халатах стала вваливаться внутрь. Бежать! И она бежала. Из кабины, к лестнице, потом по лестнице, потом на этаж, по этажу, потом опять по лестнице. На ее беду или же удачу по дороге ей никто не попался, а она, поплутав немного, забилась в очень странный закуток и осмотрелась.

Комната-не комната, маленький квадрат метр на метр с дверью и без окон. Она, не раздумывая, закрыла дверь и прислонилась к стене. К вопросам, куда она бежала, кто она и где ее дом прибавились не менее насущные – где она и как отсюда выбраться. Хотя, конечно, одежда на ней давала так мало шансов оказаться незамеченной. Ее белая в розовый горошек байковая пижама и растоптанные тапочки хорошо смотрелись внутри помещения или даже около кровати, но никак не на улице.

И все-таки где она?

Приоткрыв дверь убежища, она осмотрела комнатку. Ведра, сложенные друг в друга, швабры… синие халаты на крючках. Наверно она была в больнице, раз все, кого она видела до этого, были в белых халатах, а это – комната уборщицы. Но почему в больнице она, здоровая, лежала отдельно ото всех? И еще эти странные женщины – одна, которая ее обнимала и плакала, вторая – которая вела неизвестно куда. И двери. Почему все двери в коридоре были заперты? Почему не было никого вокруг – ни врачей, ни пациентов? Насколько это опасно? И как долго она сможет находиться здесь, в этой кладовке, без еды и одежды?

Уже очень хотелось есть.

Она не могла вспомнить, когда и что она ела в последний раз, потому что все ее воспоминания заканчивались или начинались бетонным забором, и она точно знала, что с этого момента не ела и не пила.

Она еще поперебирала халаты на вешалках, нашла что-то отличающееся по фактуре, опять приоткрыла щелку двери, чтобы рассмотреть при свете.

Кофта! Шерстяная светлая с пуговицами кофта, годившаяся ей в платье или пальто. Она примерила. Жалко нельзя было оценить без зеркала. Но что было несомненно, пижаму кофта закрывала, оставляя только кусочек брюк. И еще – в ширину она была ей почти по размеру, а потому в таком виде можно было появиться на людях.

Надо рискнуть вызнать, где она. Что она теряет? Она скажет, что пришла к маме, за мамой, за… она найдет, что сказать.