Ключ от счастья

Испуганные животные отпрыгнули в разные стороны, Лиза схватила Черного, открыла окно и выбросила его на улицу – квартира находилась на первом этаже. Рыжий за это время куда-то зашился. Лиза, взяв тряпку, начала собирать с пола мокрые клочья шерсти. Провозившись около получаса, она поняла, что сильно устала. Усталость и несколько таблеток успокоительного помогли ей быстро уснуть.

А ночью снова пришел Иисус. Он сидел на старом продавленном диване с грязной выцветшей обивкой, смотрел своими теплыми глазами на Лизу.

Поглаживал Рыжего, расположившегося у него на коленях, а Черный терся о его босые стопы с рубцами.

Лиза смотрела на Иисуса, на котов и беспокоилась, как бы они снова не затеяли драку, ей не хотелось снова собирать тряпкой с пола воду и шерсть. Но коты были очень спокойные и ласковые. «Понимают, кто это», – подумала Лиза.

– Не вини Бога в несправедливости и страданиях. Бог справедлив и милосерден. Мы сами выбираем свою жизнь, – сказал Иисус, видимо, продолжая ранее начатый диалог, но Лиза никак не могла вспомнить его начало.

– Новорожденный ребенок выбирает мать, которая уходит в запой, и он умирает от холода и голода?

– Да, выбирает, там.

– Почему?

– Чтобы скорее закончить цепь перерождений.

– Почему тогда не все выбирают жизнь, полную страданий?

– По разным причинам. Кто-то еще недостаточно созрел, чтобы понять блаженство жизни без воплощения, а кто-то уже заслужил жизнь без страдания и смерть в глубокой старости в своей постели.

– Мы можем изменить свой выбор уже будучи воплощенными?

– Ты можешь изменить отношение к своей инкарнации. И то, что казалось страданием, может казаться радостью.

9

Размеренная жизнь на вилле способствовала душевному спокойствию Клавдии. Гай, будучи уже немолодым и не совсем здоровым, – сказывались ранения, полученные в молодости, и ночлеги в военных походах под открытым небом – уже не пытался получить какую-нибудь должность при нынешнем императоре Клавдии.

Он, кажется, нашел дело, которым смог увлечься, – выращивание пшеницы. Клавдии же и раньше нравилось заниматься хозяйством, так что их жизнь можно было бы назвать идиллией, если бы не мысли об отсутствии детей. Но это больше беспокоило Клавдию, в то время как Гай ни разу не упрекнул жену в бесплодности.

В этот спокойный период ей только однажды приснился значимый сон.

Она и Йесу сидели на высокой горе и молча смотрели вдаль.