Вуду по-берендейски

Ругая кота, на чем свет стоит, осторожно осмотрелась и с удивлением осознала, что нахожусь возле все того же злополучного дуба – только, похоже, по другую его сторону, словно проскочила дупло насквозь. Несколько примирила с действительностью неожиданная находка – приютившаяся среди корней пухлая записная книжка в приметной голубой обложке, принадлежавшая брату. Пока я, сидя на корточках, вертела ее в руках и недоумевала, как она сюда попала, рядом аккуратно, на все четыре лапы, приземлился тетин мохнатый любимец.

– Вот и добрались, хвала Велесу! – произнес кто-то рядом со мной.

– Куда? – удивилась я, вытянув шею, чтобы разглядеть собеседника.

Попытка встать закончилась плачевно: зацепившись ногой за корень, я хорошенько приложившись лбом о шершавый ствол и впервые в жизни потеряла сознание.

…Мама обтирала мои щеки влажной, но жесткой, как наждачная бумага, салфеткой – наверное, я заболела, слегла с высокой температурой, и в горячке увидела странный сон.

– Мамуль, ну перестань, больно же! Все в порядке, – лепетала я, не открывая глаз.

Лицо оставили в покое, но в ухо уткнулся чей-то холодный и мокрый нос.

– «Пора, красавица, проснись! Открой сомкнуты негой взоры…» – с чувством продекламировал противно растягивающий слова голос. – Мы опаздываем, Елена Прекрасная.

Лоб болел – похоже, росла шишка. Данный факт, сами понимаете, к вежливости не располагал.

– Лично я никуда не тороплюсь, а вы можете преспокойно отправляться по своей надобности. Без меня! – огрызнулась я и открыла глаза, вновь поискав взглядом неведомого собеседника.

Хотя в обозримом пространстве не обнаружилось ни одного человекоподобного существа, я на всякий случай решила прояснить ситуацию – разумеется, не принимая в расчет мохнатого плута. И хотя в говорящего ворона вроде бы поверила, но изъясняющийся по-человечески кот – это уже перебор: не в сказку же я попала, в самом деле! Вероятнее было бы предположить, что у меня продолжаются галлюцинации.

– А Вы – кто? – спросила я, продолжая вертеть головой по сторонам.

– Кот я. Соломон, – терпеливо продолжило околачивающееся рядом млекопитающее, чем подтвердило мои худшие опасения. – Агата иногда Моней кличет, но я еще и на псевдоним откликаюсь, – с гордостью заявил тот.

Кошачий псевдоним интересовал меня в тот момент меньше всего – осознать бы, на каком свете нахожусь!

Лежать, опираясь на локти, было страшно неудобно – мешали съехавший набок рюкзак и выпирающие из земли твердые корни огромного дерева.