Весна с детективом

 – Так что сама понима-уа-ешь, кто был Джеком-потрошителем в данном случае: ревнивый муж. Обычное дело, можно сказать, классика…

– А вот и не обычное, – не согласилась я. – Сереж, а подозреваемого допросили?

– Завтра допросят, когда проспится. Говорю же, он пьяный в зюзю прибыл, ни бэ, ни мэ, одно мычание.

– Конечно, одно мычание! Лазарчук, он же немой!

– В каком смысле – не твой?

Я заподозрила, что и мой собеседник нетрезв. Не в зюзю, конечно, бэ и мэ выговаривает, но тупит.

– Немой – в смысле бессловесный! Безмолвный, безгласный, безъязыкий! – Я щедро накидала синонимов.

 – Не разговаривает он, Сережа!

– Почему это?

– Вот этого я не знаю, диагноз тебе медики уточнят, но факт есть факт: Дмитрий Покрышкин нем, как тургеневский дворник Герасим! И он никак не мог резать Дашу, приговаривая «ты покойница» и «сейчас ты умрешь»!

– Да? Интересная информация. Ну, мы разберемся, – пообещал Лазарчук и сразу положил трубку, чтобы только не признавать свою неправоту.

– Даже в бочке меда есть ложка дегтя! – объявила Ирка, позвонив мне, когда я уже легла в постель. – Вот мы с тобой сегодня восхищались весной, а ведь у нее при всех плюсах есть и минусы!

– Как у любого времени года, – заметила я и беззвучно зевнула в ладошку. – Помнишь, у Пушкина: «Ох, лето красное! любил бы я тебя, когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи».

– Ха, мухи! Весеннее обострение – это тебе не зной да пыль!

– Ты про сезонный всплеск психических расстройств?

– Ну! Я тут посмотрела в Интернете статистику и криминальные сводки.

Судя по ним, по стране шагает весеннее обострение! В одной столице только за первую неделю марта произошло несколько кровавых семейных драм. Один мужик, гастарбайтер, на глазах у детей зарезал свою сожительницу, а потом себя самого. Другой – военный, прапорщик, из табельного оружия застрелил жену и пустил себе пулю в лоб. Третий, фармацевт, отравил супругу, а после сам принял яд. И все это из ревности, представляешь?!

– К чему эта пугающая информация на ночь глядя? – встревожился мой супруг.

Он услышал громкий голос Ирки из трубки, лежа на соседней подушке.

– Не бойся, я тебя ни в чем не подозреваю. – Я похлопала благоверного по крутому плечу. – И вообще у меня нет ни пистолета, ни кинжала, ни яда.

– Зато у тебя есть богатое воображение, – не успокоился Колян. – И сильные гибкие пальцы, натренированные стучать по клавиатуре.