Страницы любви Мани Поливановой

И еще понравилась «Памятка», придуманная, видимо, самим Береговым и размещенная так, что первым делом на глаза попа- далась именно она, а не героическая биография и смешная фотография!..

«Товарищ, – было набрано крупным, красивым, уверенным шрифтом. – Помни! Если не включается компьютер, проверь питание! Не свое, а компьютера. Думай – если не печатает принтер, положи бумагу! В принтер, а не в туалет! Осознай – если не можешь зайти на «одноклассников», это не «Интернет не работает», а ты не работаешь! Интернет не есть «одноклассники».

Научись – если компьютер «завис», выключи его и потом включи по новой! Знай – если комп не работает, будучи подключенным к розетке, а принтер не печатает, будучи заполненным бумагой, звони нам, и мы придем на помощь!»

Все это было забавно и характеризовало Владимира Берегового совершенно определенным образом.

Алекс вытащил из пакета еще один пирог, откусил, крупно написал на листочке: «Береговой – хороший парень», – и стал читать дальше.

У Надежды Кузьминичны оказалась вполне… окололитературная биография. Никаких полиграфических курсов при институте повышения квалификации металлургов. Филологический факультет, затем аспирантура – диссертация озаглавлена «Влияние творчества М. Горького на тему социалистического реализма в произведениях современных болгарских писателей», – работа на кафедре, затем в толстом журнале. Девяностые обойдены стыдливым молчанием. Судя по всему, Надежда Кузьминична не избежала участи, постигшей тогда всех филологов, зоологов, пушкинистов, постмодернистов и артистов, – продавала в палатке пиво или распространяла итальянскую косметику, произведенную в Малаховке.

Затем некое крошечное издательство детской литературы, затем издательство побольше, потом еще побольше и, наконец, «Алфавит» – венец карьеры!..

На фотографии Надежда Кузьминична была представлена на фоне пылающего камина. У ног – огромная черная собака. Через ручку кресла живописно перекинут лохматый плед.

Должно быть, кадр «выстраивали» очень долго, несколько раз перекладывали плед. Похоже, «модель» пересаживалась эдак и так и на разные лады пересаживала свою собаку.

«Лежать! Лежать здесь! Вот молодец, хорошая девочка!»

Собака?.. Собака?!

Алекс вскочил, сильно ударившись коленкой, постоял, отвернувшись от монитора, и заставил себя вернуться за стол.

Он дважды видел такую собаку – если только у него не было галлюцинаций.