Aнгел Мести: Пробуждение

Подруга охала и ахала, и все время повторяла: «Не могу в это поверить!», «Как так могло случиться?», «Мне всегда казалось, что ты ему нравишься… точнее нравилась!». А я угрюмо сопела и проглотила всю коробку шоколадных конфет за раз.

Глава 8

Я захотела ночевать у подруги. И Эрин пришлось просить и уговаривать свою мать, которая меня почему-то недолюбливала.

– Но только на одну ночь.

– Ну, мам, пойми, – начала уговаривать ее Эрин, – у нее такой шок. Ее предала… хмм, разочаровала собственная мать…

– В любом случае этот преподаватель не стал бы с ней встречаться, если бы он был добропорядочным человеком.

– Хорошо, спасибо мама, – прекратила свои попытки девушка.

– И лучше бы ты дружила с Ханной Нески. И почему ты делаешь такое лицо?

– Я ее терпеть не могу. И мы уже с ней перестали быть подругами с пятого класса.

– Это потому, что она встречается с тем парнем, который тебе нравится?

– Нет, потому что она стерва! – дочь при этих словах покраснела.

– Эрин, как ты выражаешься?!

– Но это правда, мама!

– Не может быть. Она очень воспитанная и милая девушка, – не слушала ее мать. – Она недавно сказала мне, что у меня красивые волосы.

– Зато всем моим одногруппникам говорит, что у тебя цвет редиски, и такой давно не модный. «В принципе, чему удивляться? Какая мать, такая и дочь.

– Эрин!

– Что? Это же не я говорю, а она мне. А Энж сказала ей что, если у нее как у матери ранняя седина, она не удивляется, почему они пепельные блондинки. Вот Ханна разозлилась!

– Хм, что ж, если Ханна так говорит… Ей не следовало так говорить. И у Анжелины тоже нет права ее оскорблять.

– Но она за меня вступилась! Она же моя подруга. Притом лучшая! Хоть, и тебе она особо никогда не нравилась.

– При таком имени иметь такой характер.

– Вот видишь, тебе даже ее имя не угодило!

– Ким, думаю дочь права, – вмешался отец Эрин. – Анжелина хоть и ершистая, но справедливая. Она действительно добрая девочка, и всегда заступается за нашу скромницу Эрин. Думаю, если бы она дружила с Ханной, то по сплетням, домой приходила бы только под утро. И ее провожал бы какой-нибудь озабоченный юнец. И они бы целовались…

– Дэн! – не выдержала Кимбирли.