Саквояж со светлым будущим

Потом велит никуда не отпускать ребенка, даже и на теннис не отпускать, а потом, когда мамаша уже вполне готова отправляться в Институт Склифосовского с сердечным приступом, сообщает – все, мол, хорошо, ты, главное, не волнуйся. Это я так. Бдительность проявляю.

Ну что? Лектор[1 - Имеется в виду персонаж фильма «Молчание ягнят» – Ганнибал Лектор.] готов? Лектор давно готов!..

Видимо, мать тоже была уже «готова», потому что Маша долго бубнила, что нет никаких причин для беспокойства, и увиливала от прямых вопросов, и пыталась попрощаться, и никак не могла.

Родионов насыпал кофе в две кружки и налил кипятку из чайника. Теперь хорошо бы еще найти сахар или хоть шоколадку, что ли. Пожалуй, лучше шоколадку.

Маша наконец отделалась от матери, нажала на телефоне «отбой» и повернулась к нему. Вид у нее стал менее дикий, но все же он ясно видел, что она готова сию минуту бежать.

Куда?.. Зачем?..

– Он сказал, – выпалила Маша, и Родионов остановился, не донеся до рта кружку, – что вы не должны ехать в Киев.

– Как же вилы? – удивился Родионов. – Раньше ты говорила – вроде грабли!

– Вот вы шутите, Дмитрий Андреевич, а на самом деле…

– На самом деле это все чушь, – перебил ее Родионов, который после слова «вилы» вдруг перестал утешать себя тем, что это чушь, и забеспокоился.

– Это не чушь! – выкрикнула Маша Вепренцева. – Он сказал, что… если я вам расскажу, он… он…

Повторить то, что говорила ей трубка, она никак не могла.

– Он грозился… убить их, если я только кому-нибудь расскажу!..

Знаменитый писатель Аркадий Воздвиженский, в миру Дима Родионов, хлебнул еще из своей кружки, а потом уставился в нее, словно ожидая, что там будут показывать нечто интересное. В кофейной черноте кривовато и волнообразно двигалось отражение лампочки на потолке и половина его, Родионова, щеки.

Побриться бы надо, перед тем как к Веснику ехать.

– А голос? Мужской или женский?

– Скорее… скорее мужской, – она вспомнила отвратительное холодное кваканье – смех, от которого волосы на затылке вставали дыбом.

Никто не смеет угрожать ее детям. Никто и никогда! Тому, кто посмеет, придется иметь дело с ней, с Машей Вепренцевой, а это большая сила!

Очень большая. Очень.

Хотя на самом деле маленькая.