Развод и девичья фамилия

Она думала только одну секунду, потом вытащила из кармана пиджака оставшуюся с прошлого лета карточку метро и нырнула под блестящий панцирь настенного телефона.

А что такого? Может, ей срочно нужно позвонить! Журналисты то и дело звонили по этому телефону, она сама видела. Карточку она сунула в прорезь и сняла трубку. В трубке громко гудело, мешало слушать. Верочка набрала цифру «два».

– Простите, пожалуйста, – смиренно попросила кобылица еще раз, – я плохо вижу и очень спешу…

– Вы из отдела новостей? – спросил Батурин как-то неуверенно, как будто не сразу вспомнил, как называется отдел, – вас главный вызывал.

– Правильно, – согласилась девица, отвернулась и некрасиво шмыгнула носом, – я должна идти, извините.

– Вы что? – Голос у зама был подозрительный. – Ревете, что ли?!

Верочка на миг высунулась из-под панциря, взглянула, спряталась и набрала цифру «три».

– Я… не… реву, – по слогам ответила кобылица, и стало понятно, что она именно ревет, – у меня неприятности.

– Понятно, – мрачно сказал хромой зам главного.

Девица вдруг сорвала очки в модной крошечной оправе и стала судорожно шарить по карманам. От Батурина она отворачивалась.

– Я не… понимаю, правда, не понимаю… за что он меня так…

– Почему вы не понимаете? Он что, не объяснил, в чем дело?! Я не верю, что он вам не объяснил, за что!..

– Да знаю я, за что! – перебила его девица, выхватила из кармана платок и принялась судорожно протирать стекла.

– А чего ревете?

– Я не реву!

– Ревете.

– Я реву потому, что это… это… не я!

– Как – не вы? – искренне удивился Батурин и переступил. Скрипнула его палка. – Если это не вы, то где тогда вы?!

– Нет, – она вдруг улыбнулась, – я – это я. Просто я не делала ничего из того, за что он меня… когда он меня… а я даже не смогла… а я ничего, ничего этого не делала!

В конце коридора показался Леонид Борисович Шмыгун, и зам с кобылицей как по команде замолчали.

– День добрый, Григорий Алексеевич.

– Здравствуйте, Леонид Борисович.

– Я к вам наведаюсь попозже. Вы будете на месте?

– Пока никуда не собираюсь.

– Непременно наведаюсь.

Верочка уставилась на свой телефон и, соблюдая конспирацию, стала набирать все цифры подряд. Леонид Борисович прошел, слегка кивнув в ее сторону.