Отель последней надежды

Ты понимаешь?

И тут она поняла.

Он никогда в жизни не называл ее Надей. Только Надюха или Надежда. Надя – персонаж из другой жизни, в которую они сейчас, должно быть, только вступали.

– Ты меня разлюбил… совсем? – жалобно спросила она. Слезы подступили к последнему рубежу обороны, и никак нельзя было допустить, чтобы они прорвали плотину и затопили все вокруг. – Или еще все-таки не совсем?.. Если еще не совсем, давай… ну хоть до Нового года назначим срок, а? Ты… отдохнешь от меня, а там посмотрим…

– Да ничего мы не посмотрим, Надь! Все же и так ясно.

– Ясно, – повторила Надежда. – Ясно. И до Нового года ты не…

– Да зачем нам сроки?! Все рано ничего не изменится!

– Ты уверен?

Он перестал отводить глаза в сторону и кивнул.

– Ясно, – еще раз повторила Надежда. – Ну хорошо, что ты это сейчас сказал, а не когда я бы встретила тебя на улице с прекрасной и юной девушкой.

– Вот ты не веришь, а у меня на самом деле никого!..

– Я знаю, – сказала она. – Ты честный парень.

Наверное, нужно встать и уйти.

Но она все-таки заплакала, и плакала недолго.

Когда она завтра вернется после работы домой, уже ничего не будет прежним.

Уже ничего и никогда не будет таким, как раньше, – простым, ясным, веселым и теплым. Даже если он одумается и вернется, она больше никогда не поверит ему до конца, и станет постоянно ждать подвоха, и высматривать в его темных глазах что-то такое, что уже когда-то было и из-за чего он так жестоко поступил с ней, а он будет думать, что, пока его не было, она жила с другим или сразу с несколькими другими, а в книгах по психологии пишут, что мужчинам особенно невыносима мысль «про других»!

Она сейчас уйдет, а завтра все изменится, окончательно и бесповоротно, как будто великан наступил на домик лилипута – в порошок не растер, но примял изрядно, и теперь все там, в домике, примятые, странные, не осознавшие своего нового положения.

И ничего нельзя поделать. Он даже ни о чем не спросил ее, когда принимал решение – за них обоих!

– Мне, наверное, лучше уехать, – сказала Надежда и сделала попытку встать с дивана, но так и не встала. – Я сейчас… сейчас…

– Ты только трагедий не устраивай, а? – попросил муж. – Мне ведь тоже тяжело.

– Тяжело, я знаю, – согласилась Надежда. – Как ты останешься один?..