Котики & Детектив

Всякий, кому нужно свалить вину на другого, непременно находит тебя!

Мне не нравился тон, каким это говорилось, я обижался за Лешку и шипел на девчонку. А она оказалась права!

Когда в СМИ просочилась информация о том, что заключенные в колонии скрашивают себе безрадостное существование наркотиками, тем, кто обеспечивал доставку дури на охраняемую территорию, понадобился беззащитный и безропотный крайний. Тот, на кого можно все спихнуть.

Догадываетесь, кто им стал?

Антон Рогов

– Добрый день, – несколько неуверенно произнес мой гость и огляделся, будто надеясь увидеть подтверждение того, что этот понедельник и впрямь не так уж плох.

Тут я ничем не мог ему помочь. Интерьер моего скромного офиса – три на четыре метра в полуподвале – даже мне самому не добавляет оптимизма. Хотя я планирую перекрасить стены и купить новую мебель. Когда-нибудь потом, когда частный сыск станет более прибыльным делом.

– Это вы Антон Рогов, частный детектив? – Гость засмотрелся на оригинальную инсталляцию – единственное украшение моей берлоги.

Я аккуратным рядком разместил на полке скрипку, распятие и курительную трубку. Кто в теме, поймет намек на моих более известных коллег: Шерлока Холмса, патера Брауна и комиссара Мегрэ.

– Он самый, – подтвердил я и жестом пригласил гостя присесть.

Он занял единственный стул, а я – компьютерное кресло за столом. Таким образом была задействована вся имеющаяся в кабинете мебель.

– Я Герман Громов, адвокат, – представился гость.

– Герман Громов, Герман Громов… – Где-то я уже слышал это красивое имя.

Гость поморщился:

– Не ожидал, что так быстро подключатся СМИ. И будут столь тенденциозны.

– А-а-а, вы – тот самый адвокат, который напал на судью! – вспомнил я и поудобнее устроился в кресле.

Люблю бунтарей и протестантов. Сам такой.

– Не нападал я на него. – Громов снова поморщился. – Просто приехал на заседание в суд с некоторым опозданием.

Я покивал. Чего еще ждать от назначенного адвоката, все его действия – для проформы.

– Я попытался задать вопрос, но судья не позволил мне вступить в дело, – продолжил Громов.