Квартира в раю

Обо всем этом Миронов рассказал Таганцеву на следующий день после того, как они все вместе съездили посмотреть новую квартиру, которую Косте предлагалось купить за не то чтобы смешные, но вполне себе реальные деньги. Предложение выглядело таким выгодным со всех точек зрения, что упускать его было глупо, вот только просьба помочь Занозину разобраться с его проблемами Таганцеву категорически не нравилась.

Нет, разумеется, проработав столько лет в органах внутренних дел, он понимал, как устроен окружающий мир. И то, что его коллеги крышуют бизнес, и то, что заводят уголовные дела по указке сверху, для него не было новостью, вот только сам участвовать в подобных «мероприятиях» он наотрез отказывался.

Да, в правоохранительной системе беззакония и несправедливости не меньше, чем во всех остальных сферах общественной жизни, а может, даже и больше, но бороться с этой системой и плевать против ветра Таганцев не стремился даже тогда, когда был юн, горяч и одинок. Сейчас же, когда у него за плечами семья, на погонах майорская звезда, а на двери кабинета табличка, о которой он даже и не мечтал, строить из себя донкихота и вовсе глупо.

Однако одно дело закрывать глаза и проходить мимо того, в чем ты участвовать не хочешь, а другое – влезать в чужую разборку. И если этот самый Занозин – действительно «белый и пушистый», тогда помочь ему не стыдно, наоборот, это будет борьбой с беззаконием и откровенной «заказухой», которую Костя терпеть не мог.

Вот только «помогать по блату» он не любил тоже, потому что нутром чувствовал, что его используют.

А тут получается, что еще и с его, таганцевской, корыстной пользой, и ему от этого становилось так тошно, что хоть бери и отказывайся от квартиры. Вот только сделать это было не так-то просто.

Квартиру своих родителей он продал уже месяц назад, сделка по Наткиной квартире тоже уже состоялась, и по договору они должны были освободить ее для новых жильцов всего через десять дней. За это время следовало определиться, куда, собственно говоря, переезжать с двумя детьми и всем домашним скарбом.

И другого варианта, кроме «Моего РАЙ-ОНа», у них не было. А то, что было, не устраивало либо состоянием, либо местонахождением, либо ценой.

– Костя, ты пойми, чудак-человек, – сказал ему Миронов, с которым Таганцев поделился своими сомнениями, – я бы ни за что не стал втягивать тебя ни в какой криминал. Да что там, я бы не стал тебя просить, если бы в этой ситуации с Андреем было бы хоть что-нибудь сомнительное.