Божий дар

– Я могу предложить вам систему, которую мы практиковали с Василием Васильичем? Собственно, это общепринятый алгоритм работы в суде. Я буду читать материалы и составлять для вас справку об обстоятельствах дела, истце, ответчике… Это облегчит работу.

Ну вот, опять он меня учит родину любить! А я, может, Люксембургский сад хочу любить!

– Дима, – начала я как можно более внушительно. Пусть знает, что при необходимости я вполне могу быть стервой. – Поскольку Василь Васильича с нами больше нет, «система» теперь несколько изменится.

Я буду читать дела сама. Работу это, может, и не облегчит, зато я смогу вникнуть во все детали.

– Конечно, Елена Владимировна, как скажете, – кивнул Гарри Поттер и вышел из кабинета все с той же вежливой улыбочкой.

Я подвинула к себе папку под номером 2-118/10. Мое первое дело в суде.

* * *

Сэм выключил воду, отложил бритву в сторону, привычно плеснул одеколоном на ладони, похлопал себя по свежевыбритым щекам… С кухни доносился запах кофе.

Джейн уже встала. Или она не спала вообще?

Сэм открыл шкафчик под зеркалом и стал перебирать банки, флаконы и коробки с лекарствами. Антидепрессанты были спрятаны в дальний угол шкафчика. Значит, Джейн снова их принимает.

Сэм вздохнул, запахнул халат и вышел из ванной.

Джейн стояла в гостиной у окна, глядя на купола храма Христа Спасителя – служебная квартира, которую фирма предоставляла Джонсонам, была как раз напротив него.

Увидев Сэма, она быстро спрятала за спину толстого плюшевого медвежонка.

Медвежонка для Люиса они купили в «Детском мире» в тот день, когда впервые увидели на экране аппарата УЗИ, как бьется сердце их ребенка. Такого долгожданного, такого вымученного ребенка.

Сэм вспомнил, как впервые увидел Дженни.

Было шесть утра. Маргарет, его первая жена, готовила себе завтрак – перемешивала в блендере какую-то полезную и исключительно вонючую дрянь из магазина спортивного питания. Немножко дряни, немножко молока, банан, отвратительная серо-буро-малиновая кашица на выходе.

Маргарет признавала только здоровое питание. Сэм считал, что банками из магазинов здорового питания вымощена дорога в ад, и ждал, пока жена уедет, чтобы зажарить себе омлет (Маргарет уезжала из дому ни свет ни заря, чтобы до работы заскочить на часок в спортзал). Жарить омлет, пока жена не уехала, – значит подставляться. Мардж снова будет битый час рассказывать ему о вреде холестерина.