Мелодия тумана

Время снова вступило в силу – часы заработали и продолжили отсчитывать растворяющееся в небытие время. Я пару раз моргнул. Нет, этого не может быть. Еще несколько секунд назад я четко видел застывшую минутную стрелку.

Я снова моргнул. Часы все-таки тикали.

«Ладно, кажется, кто-то слишком много спит», – пронеслось в голове.

– Ты чего тут один сидишь? – я устроился в соседнем кресле и посмотрел на друга. Нас с Ароном разделял только небольшой кофейный столик, на котором аккуратно лежала вечерняя пресса и небольшая вазочка с полевыми цветами.

Арон пожал плечами и вновь пропал в глубинах своего сознания. Он смотрел на пепел в камине и молчал. Я последовал его примеру.

На нас вновь свалилась тишина. Только в этот раз она не давила. Скорее наоборот – в ее присутствии мне стало спокойно. Тревога покинула мое нутро – червяк вылез из души.

Я ничего не понимал. Что произошло несколько минут назад? Почему мне было так неуютно и… страшно?

– Я люблю приходить сюда вечером, когда вся прислуга ложится спать.

Мне нравится разжигать огонь и смотреть на него, пока он окончательно не потухнет, – прошло около десяти минут, прежде чем Арон заговорил. Обращаясь ко мне, он смотрел на играющее угольки – они то потухали, то вновь начинали светить. – Это очень успокаивает, да и о многом можно подумать, сидя вот так, один на один со своими мыслями.

– Не боишься? – переводя взгляд с угольков на Арона, спросил я. Мой голос зазвучал грубо. Я кашлянул в кулак, пытаясь придать ему привычный тембр.

– Своих мыслей?

– Да.

– Нет. – Арон усмехнулся, завороженно наблюдая за угольками. – Раньше боялся, теперь не вижу в этом смысла. Если страшиться своих мыслей, то станешь их вечным пленником. А нет ничего хуже, чем сидеть на привязи у собственных нелепых и почти всегда болезненных рассуждений.

– А я вот до сих пор боюсь думать в одиночестве. В голову сразу лезет непонятно что – даже жутко становится. Обычно мои мысли касаются будущей жизни, профессионального призвания, любви. Но я всегда прихожу к одному и тому же выводу.

Мое будущее туманное. Вот сижу я, смотрю в чашку с черным чаем, в которую прилично так добавили молока, и пытаюсь увидеть на ее дне заварку. Но ничего не видно. Лишь белесое полотно. И заварка в этом случае – моя будущая жизнь.

Почти все угольки в камине погасли – комната погрузилась в кромешную темноту. Я различал только силуэт своего друга. Выражение его лица стало загадкой.

– Кстати, как поспал? – спросил Арон, вставая с кресла.