Королева арахонцев. Книга первая

Она хорошо знала, её высокородная госпожа, в гневе, запросто могла собственноручно поколотить. Взглядом вымаливая прощение за нечаянную оплошность, служанка пятилась к дверям, шепча слова оградительной молитвы. Чудо неожиданно свершилось. Элис резко сдвинула брови, но… не сказала ни слова. Вопреки её собственным ожиданиям, мгновенно возникший гнев не перерос ни в резкие слова, ни в ярость, а постепенно растаял вовсе. «От чего бы это?» – удивилась она, откидываясь на ложе и бездумно устремляя взгляд на, расписанный облаками, потолок.

Ей было и печально и радостно одновременно. Так бывало с ней в детстве, когда после длительного ожидания роскошных праздников и подарков, сами празднования оказывались сумбурными и короткими, и уже по утру она понимала, что всё позади, а радость и веселье быстро угасали, сменяясь сладковато-горьким ощущением потери.

Элис быстро закрыла глаза, надеясь остановить ускользающий сон: за плотно сжатыми ресницами снежным вихрем взметнулись пряди серебристых девичьих волос, почти явно повеяло холодным горным ветром, и чудесное сновидение растаяло, оставив от себя только имя.

– Се-жи-ен… – прошептала Элис, пробуя новое имя на вкус. – Сежи?… – В жизни своей она не видала настолько ярких и волнующих сновидений, наполненных многочисленными мельчайшими деталями! Пожалуй, прежде она и вовсе не видала лиц людей во сне. Обычно это были смутные образы, по которым она могла лишь догадаться: вот это мама, это Хайлет, а это кто-то из людей ближайшего окружения.

Прислужница, не та безрукая, которую давно пора выгнать, а старая добрая Мали, осторожно прикрыла покрывалом обнажившуюся ступню королевы.

– Хорошего солнечного утра, моя госпожа!

Борясь с томлением, охватившим всё тело, Элис перекатилась на живот, подпёрла голову руками.

– Я видела чудный сон! Прекрасную девушку, с серебристыми волосами…

– С серебристыми волосами? – с недоумением улыбнулась Мали, накручивая на палец прядь своих седых волос.

 – Разве это красиво?

– Невероятно красиво! – Элис хотела было рассердиться на непонятливую женщину, но, отчего-то передумав, спрятала лицо в ладонях. Она хотела вернуть ускользающий образ, рассмотреть его ещё раз, но тут рука невзначай коснулась тёплого яйца птицы Самур.

– Невероятно! Как я могла забыть? – Элис осторожно провела пальцем по голубой, с оттенком фиолетового, скорлупе.