Снежный сон

Особо не верил, все эти истории больше легенды напоминали… Которые остались в прошлом и в нынешнем дне уже вроде бы не должны повториться. Но сегодня увидел то существо в пещере… Похоже, это именно они, инвайдеры.

Васса подняла тест, повернулась к свету. Две полоски.

У нее все сжалось внутри, как будто даже шрам на груди запульсировал. Она протянула тест Марии Петровны.

– Что это? Не понимаю… – пробормотала та.

Рэм тоже взглянул на тест через плечо женщины. Потом быстро повернулся к Вассе, обнял ее.

– Ребятки, но вы же шутите, да? Признайтесь? – устало произнесла Мария Петровна, опустив коробочку. – У меня не было никогда детей.

«Мама. Она мама?!» – Васса от волнения едва держалась на ногах. Если бы не поддержка Рэма, то она бы сейчас упала.

– Вы просто не помните, – сказал Рэм.

– Почему? Я все всегда помнила… Каждый день своей жизни, – упрямо произнесла Мария Петровна.

– Вам стерли часть памяти, – покачал головой Рэм. – Ту, которая касается вашей дочери.

Избирательная амнезия. Другую часть памяти слегка изменили. Вас зовут не Марией Петровной.

– А как?

– Кира, – ответил Рэм.

– Кира? Я Кира? Ой, да ну вас, шутники! – рассердилась Мария Петровна. Потом подошла ближе, внимательно посмотрела на Вассу. Вздрогнула – верно, испугалась выражения лица Вассы. – Ребята, вы серьезно? Про амнезию-то… Как в плохом кино! От кого я родила тогда?

– Это мы сами не знаем, – вдруг усмехнулся Рэм.

– Ребята, этого не может быть! – дрожащим голосом произнесла Мария Петровна.

 – У меня есть дочь, о которой я даже не знаю?! Потрясающе. Сколько тебе лет, милая? – обратилась она к Вассе.

– Двадцать ей, – сказал Рэм.

– У меня есть взрослая дочь Василиса?! – истерично рассмеялась Мария Петровна.

– Васса, – вырвалось у Вассы. Рэм вздрогнул, сжал ладонью ее плечо, потом притянул к себе, опять обнял, поцеловал в макушку.

– Васса… – эхом отозвалась Мария Петровна.

– Не произносите больше этого имени, не упоминайте нигде, – быстро сказал Рэм.

 – Иначе вы можете опять потерять дочь. Не обсуждайте ни с кем эти сведения, не пишите о них нигде.

– Хорошо, договорились, – растерянно произнесла Мария Петровна.

– Завтра, возможно, удастся встретиться. – Рэм повел Вассу к байку.

…Дома он раздел Вассу, уложил ее в кровать. Но уснуть она долго не могла. Вертелась с боку на бок, сдерживала стоны, то сжималась, съеживалась в клубочек, то принималась потягиваться.