Лето радужных надежд

У нее была длинная юбка болотного цвета (странный выбор для юной девушки, но в то время – время дефицита – многие одевались во что бог пошлет, унылое и кривое), в ее черных, почти мужских ботинках хлюпала вода, хлюпали ее губы, выкатывались из глаз неостановимые, как бусины с лопнувшей нитки, слезы. Ясно было, что дело не в ключах – или не только в ключах. Внизу, в черноте дренажной канавы под решеткой, что-то блестело, как рыбья чешуя.

– Если бы проволокой подцепить, – всхлипнула девушка. – Мне бы проволоку…

– Бесполезное дело, – отрезал Богдан.

– А что же? Кого? Сантехника вызывать?

– Не спорю, можно вызвать сантехника! Правда, он здесь ни при чем, но скоротаете время, ругаясь.

Житейская беспомощность девушки доходила до такой степени, что это было даже забавно. Веселье Богдана она не поддержала, только отвернулась и всхлипнула снова.

– Ну, ну! – тронул ее за руку Богдан. – Извините меня. Носорожий юмор, исправлюсь.

Плечи у девушки дрожали и Богдан, успокаивая, гладил ее по плечам легко, как бабочку. Он отвел ее к ближайшей скамейке, усадил, дал свой носовой платок, куда она тут же спрятала лицо. Узнал, что зовут ее Аленой. Наверно, ей просто было нужно, чтобы кто-то посидел рядом, похлопал по руке: «Все наладим. Ну! В чем дело?» Через всхлипывания пробились и хлынули объяснения. Она потеряла ключи, а книги дома, нет, есть еще у мамы ключи, но мама сейчас на работе, до нее ехать – час, она не успеет, договорилась с букинистом, теперь не успеет, подведет, что же это, бестолковая, какая ж она бестолковая!.

– А что за книги? – поинтересовался Богдан. – Инкунабулы есть? – девушка смотрела на него в замешательстве. – Или только справочники по домоводству?

– Они очень ценные.

Глаза у нее были синие, лицо бледное и чистое. Теперь, когда она перестала плакать, начала проступать ее красота. Тургеневская девушка, подумал Богдан. Жизни не знает, до сих пор за книгами пряталась, а теперь – отец умер – выпала из гнезда. Из дворянского гнезда, фигурально выражаясь.

– Букинист подождет, – уверенно сказал Богдан. – Сейчас сходим к нему, договоримся на завтра.