Путь II. Тьма сердец

Вадим приоткрыл дверь в коридор и громко позвал медицинский персонал.

Проводив перепуганного до смерти Игоря Всеволодовича глазами, Мазаев посмотрел на Георгия и с негодованием в голосе произнёс – «Ну и методы работы у Вас в конторе, Арзамасов…».

«Выглядят неважно, зато весьма эффективны…» – спокойно пожал плечами Арзамасов и продолжил – «В конце концов, без нас Вы бы потеряли несколько дней бесценного для расследования времени, чтобы выбить из этого упрямца информацию, а так – мы уже прорабатываем банковские счета и связи исполнителей преступной группы».

Мазаев ехидно усмехнулся.

«Пока мы все в сборе, не пора ли нам подвести промежуточные итоги?» – включился в разговор с деловым предложением Белозёрский и, поправив очки, добавил – «В конце концов, мы все заинтересованы в раскрытии данного дела, да и докладывать Вашему руководству нам придётся совместно».

«Полагаю, Вы согласитесь, что это та же группа, что ранее работала с австрийским банкиром и бывшим губернатором Широковым» – первым отреагировал Александр и, убедившись в одобрении данной позиции присутствующими, продолжил – «В данном случае они пытались тайно похитить Славского из сауны.

«Да и стоит отметить, что в данном случае они в отличие от всех предыдущих раз они свободно и вольготно работали прямо на территории страны…» – с раздражением подметил Арзамасов, добавив – «Да ещё и с применением экзотических спецсредств в виде боевого нервнопаралитического газа российского производства…».

«А кроме того использовали весьма интересное и хитроумное устройство для контроля поведения и обеспечения лояльности своей жертвы» – добавил Мазаев.

«Жаль, что не удалось заполучить экземпляр устройства – это было бы весьма и весьма кстати для направления хода расследования…» – мечтательно произнёс Белозёрский и медленно добавил – «А они его взяли, понимаешь, и изъяли… Столько мороки и сложностей… Зачем?».

«Очевидно, чтобы оно не попало в наши руки…» – с ехидной улыбкой ответил Мазаев.

«А действительно, почему они просто не нажали на кнопку?» – с откровенным непониманием поинтересовался Неплатов, добавив – «Живой Славский это ведь показания, свидетельства, да и, в конце концов, угроза разоблачения для них.