Секрет нового имиджа

– Ты хочешь сказать, что Стас должен был набить морду Фещенко?

– Ну, этого у него не получилось бы, а Фещенко… Что вообще мы о нем знаем? Почему мы, например, называем его хулиганом?

Глава 4

Ромео местного масштаба

Он привык, что будильник всегда звонит в пять утра – и в будни, и в праздники, и зимой, когда ночную темноту едва разгоняет призрачный свет фонарей, и летом, когда ярко-оранжевое солнце брызжет с востока в глаза.

Тогда, в зависимости от погоды, он брал метлу или скребок и шел помогать своей матери.

Он так и называл ее – «матерь», а не «мама» или «мамочка», потому что в его семье было не в чести всякое слюнтяйство, он даже ни разу не сказал, что любит ее. Он просто вставал в пять утра и шел помогать ей.

Роза Ивановна, его мать, работала в местном ДЭЗе дворником. Отца он не помнил, знал только, что тот тоже работал в том же ДЭЗе, правда слесарем, пока не уехал куда-то на Север в поисках лучшей доли. Больше его никто и никогда не видел.

Что такое «лучшая доля», Боря не знал и знать не хотел.

Учился он скверно, потому что никак не мог понять, для чего в жизни нужны все эти алгебры с геометриями и какой прок от того, что «жи-ши» надо писать через «и».

Учительница математики стонала после каждой контрольной: «Ты же способный, Фещенко, почему ты не стараешься!» А какой смысл стараться? Все равно «лучшая доля» достанется не ему. С другими предметами положение обстояло не лучше.

Боря Фещенко твердо знал, что высшее образование ему на сто процентов не светит, ждал поступления в училище (потом слесарем в местный ДЭЗ, чтобы люди никогда плохо не говорили об этой профессии) и мечтал о службе в армии.

Если кто-то называл его «дубом»; или если кто-то смеялся ему вслед, когда он с метлой обходил свои владения, то он разворачивался – и весельчак от его грозного, непреклонного взгляда тут же обращался в бегство.

Словом, люди его боялись, и было за что – за то, что в свои пятнадцать лет он вымахал под метр восемьдесят пять, что мог одной рукой поднять машину за капот и что люди с такими лицами, как у него, в кино играли бандитов, и мрачных телохранителей.

Борю Фещенко не волновало то, что думают о нем люди. До поры до времени не волновало. Но однажды он увидел Ее…

Впрочем, что за ерунда – он тысячу раз видел ее и в школе, и во дворе – она жила в соседнем доме. Но однажды он ее действительно увидел.